Ребус Галла

Не спит, потому что с чего-то нужно начинать возвращение в реальность, и не оставляй маг этот кусочек, применение «заговора Слуа» приводило бы жертвы к безумию.

Маленький кусочек тебя.

Он не участвует в представлении. Он не смотрит со стороны. Он ничего не запомнит. Он ничего не понимает. Он знает только одно: происходит нечто неправильное. И это приводит его в ярость. Но что способен сделать маленький кусочек? Откуда взять силу, чтобы противостоять мощнейшему заклинанию?

— Внедраг, обер-воевода дружины моего домена.

Каждое следующее имя давалось барону с большим трудом, но Милана не обращала внимания на странное поведение Берислава, на то, что его кулаки сжимаются и разжимаются. А Верея, помня о резкой реакции воеводы, перестала сообщать о странных всплесках активности затуманенного «заговором Слуа» мозга барона.

Семь воинов дружины. Семь людов, отринувших тысячелетние традиции Великого Дома.

— Проклятье, — сквозь зубы процедила Ярина.

— Как же они могли? — грустно вздохнула Верея.

— Потому что они не маги, — зло отрезала Милана и вновь повернулась к барону: — Их семьи тоже приняли Скверну?

— Нет. Сейчас нам нужно сохранять тайну.

— Логично. — Воевода обдумала следующий вопрос: — Ты обратил сына?

— Кто еще из баронов обратился к Скверне?

И тут Берислава прорвало.

Маленькая его частичка, которую не затронул «заговор Слуа», неожиданно обрела силу. Нашла скрытый резерв. Глотнула освежающей мощи и решила исправить то неправильное, что смущало ее до сих пор.

Из барона вылетело невидимое щупальце.

Или оно зародилось рядом с ним?

Или появилось в фургоне извне?

Ответ на этот вопрос Милана узнала позже. А в тот момент она просто пропустила удар неожиданно появившегося щупальца.

И отлетела к дальней стенке фургона.

Ярина, плюнув на слежку за округой, повернулась лицом в салон.

— Барон очнулся! — взвизгнула Верея.

— Не дайте ему встать!

Милана, голову которой разрывала острейшая боль, все-таки нашла в себе силы навалиться на Берислава.

— Ярина! Выруби его!

Барон распахнул глаза. Он видел только потолок фургона, но при этом перед ним, как на ладони, лежала вся картина. Сверху Милана. Тяжелая тварь, которую никак не удается парализовать. Верея готовит магические путы. Ярина договаривает последнее слово оглушающего аркана.