Ребус Галла

В том числе: «б…ские големы!», который прозвучал совсем рядом.

«Кажется, кто-то из Тайного Города!»

— Там кто-то из наших. — Бьяна встала с кровати. — Не волнуйся, дорогой, я ненадолго.

— Как скажешь, милая, — промурлыкал Инций, вернувшись к любованию перстнями. — Как скажешь…

— Сто раз говорил уроду: не умеешь — не берись!

— А я что говорю? — Копыто тревожно обернулся и взвизгнул: — Огонь!

Контейнер развернулся синхронно с уйбуем, и выстрелы из дробовиков слились в оглушительный залп.

— Они там были! — заявил Копыто, разглядывая тени.

— Откуда я знаю? У Иголки спроси.

— Как спросишь? — проворчал Контейнер, торопливо запихивая в дробовик патроны. — Этот дурак теперь долго не покажется…

— Точно, — согласился Копыто. — Я ему, кретину, лично шею сверну, уроду! Ишь, придумал: главный он тута, мля!

Хотя сначала идиотский план Иголки показался Красным Шапкам вполне реальным. Ну, не сразу, конечно, показался, а когда прошел первый испуг.

— Стоять, мля! Тута я главный!

Шествующий первым «Лунатик» резко остановился и опустил голову, разглядывая орущего бойца.

Личность романтическая, склонная к абстрактным фантазиям, наверняка разглядела бы во взгляде голема удивление, однако Иголка, ободренный тем, что «Лунатик» не схватился за гердан, разошелся окончательно:

— Сми-ирна! Сми-ирна, я сказал, буратинки хреновы!

Оторопевшие дикари взирали на происходящее раскрыв рты. Копыто стянул бандану и протер вспотевшую голову. Контейнер поминал известного пушного зверька, но непонятно, в каком смысле: то ли предрекая дальнейшие события, то ли восхищаясь безумной Иголкиной лихостью.

— На первый-второй рассчитайсь, мля! Кому велено?

— Это он им командует?

— Крут, Иголка, мля…

— А чо эта за кукла?

— Ой, мля… А сзади кто? Драконы?

— Драконы, точно говорю. Видишь: шкура в чешуе!

— А вдруг они огнем рыгнут?

— Па-ачему приказ не делаете?!

Опомнившийся «Лунатик» осторожно взял бойца за шиворот и медленно приподнял, планируя посмотреть на неожиданно возникшую помеху вблизи.

Во всяком случае, никаких агрессивных действий голем не предпринимал, ограничиваясь исключительно исследованиями. Однако склонные к панике дикари расценили жест боевой куклы иначе.

— Песец Иголке, — авторитетно заявил Контейнер. — Докомандовался.

— Сейчас он ему что-нибудь откусит, — гыгыкнули сзади.

— Шустрым Иголка был слишком, выступал, когда не просят, — начал траурную речь Копыто, с интересом разглядывая покачивающегося в воздухе бойца.