Ребус. Расшифровка

– Ты действительно похож, – чуть не со слезой произнес он.

– Надеюсь. Иначе я бы с вами сделал то же самое! – пообещал капитан. – А кто мне в живот ударил?

– Слушай, Веня! Ты говорил, что в «Тайный Советник» кто-то наше раскрытие на Фурманова слил?! – внезапно вспомнил опер постарше, обращаясь к своему коллеге. – Пойду на лотках пошукаю.

И сыщик резко отошел от компании.

– Похоже, я понял, кто ударил меня в живот, – посмотрел ему вслед капитан.

– Давай без рапортов обойдемся, – тем временем предложил третий.

– А что мне про это говорить?! – капитан имел в виду порванное удостоверение.

– Вы придумаете! – скривился капитан. – Завтра ко мне через гастроном! Ты!! – капитан ткнул на молодого.

– Понял, – сокрушенно согласился молодой.

– Знаете, как мы вас называем?

– Уголок, – ответил молодой.

– Теперь понял почему?

– Договорились: завтра через гастроном, – подтвердил опер.

Капитан, чуть толкнув плечом весь уголовный розыск, ушел. А розыск остался и принялся рассуждать промеж себя.

– А какой мудак на него маякнул? – поинтересовался старший оперуполномоченный Некрасов, который, поняв, что опасность миновала, перестал усиленно искать газету и вернулся.

– Нормально! – взвился молодой. – А кто тут кипишевал: смотри, в цвет, походка блатная и рожа на три ходки тянет?!

Через пять минут примчался Есаулов, которому уже успели отзвониться и отрапортовать о задержании Ребуса, пока тащили «кота в мешке».

Максим выслушал сбивчивый доклад Некрасова, помрачнел и устало заявил:

– А всего-то и делов было смекнуть, что псевдо-Ребус направляется в противоположную сторону от места расположения поездов.

В этот момент у Есаулова заголосила труба. Он перекинулся с невидимым абонентом парочкой обрывистых фраз и возбужденно скомандовал:

– Шестая платформа, седьмой вагон, на Москву! Пулей! Может, еще успеем?!

– А что случилось? – уже на бегу поинтересовался Некрасов.

– «Наружка» посадила Ребуса в поезд…

Паша и Нестеров нервно слонялись по платформе, поглядывая то на часы, то на водителя Ребуса, который, усадив своего патрона в купе, теперь стоял рядом с вагоном, курил и вертел башкой на триста шестьдесят градусов, пытаясь взглядом выцепить все подозрительное, либо настораживающее.