Подняв голову от планшета с картой (подарок командира!), окликаю ефрейтора:
– Значит, так, Павел Николаевич, готовьте бойцов. Идем завтра к вечеру, задачу нам командир поставит непосредственно перед выходом. Предположительная продолжительность выхода – двое суток. Одни оставляю на всякие непредвиденные случайности. Поэтому и продуктов берите из расчета на трое суток. Старшина выдаст вам паек на семь человек.
– Отчего же на семь? – удивляется ефрейтор.
– Антонюка оставим здесь – пусть вещи наши караулит.
Михай вскакивает:
– Товарищ сержант! А… а как же так?
– Да вот так! Обязанность командира – беречь жизнь своих бойцов! Вот я о твоем здоровье и забочусь – ты же молчать столько времени не сможешь?
Тот только беззвучно раскрывает рот. И точно так же его закрывает. Бойцы прыскают и еле сдерживают улыбки. Но Антонюку не до смеха:
– Товарищ сержант! Но… я же воевать пришел!
– Охранять месторасположение части – тоже задача нужная и важная. Не так?
– Так… – соглашается Антонюк совершенно убитым голосом.
Ефрейтор украдкой показывает мне большой палец.
Словом, на выход мы идем всем составом.
К моему удивлению, линию фронта отделение переходит как-то буднично. У немцев тут сплошной обороны нет, только отдельные опорные посты. Зато – сильно укрепленные, и все пространство между ними простреливается многослойным огнем. Поэтому шуметь здесь – для здоровья небезопасно.
Мы и не шумим, добросовестно проползши на брюхе около версты. И только там я разрешаю передохнуть и приподнять головы.
"
"Сказать, что здесь тихо и спокойно, – фигушки! Ночной немецкий тыл живет в полную силу. Где-то рычит мотор, слышны команды на немецком языке.
Задача, поставленная мне Горячевым, проста как мычание. Выяснить факт подхода подкреплений к противнику, наличие средств усиления и готовность немцев к наступлению.
– Есть предположение, что фрицы будут наступать на нашем участке, – сказал он мне на прощание. – По некоторым данным, они собираются нанести удар, но где именно? Обстановка сейчас и так уже хуже некуда, из последних сил держимся.
Попробуйте взять языка, если это будет возможно.
Язык – это хорошо! Даже очень! Вопрос в том, где его взять…
Поразмыслив, приказываю двигать в сторону шумящего мотора. Если это машина с пехотой – дружно делаем ноги. А если это офицер? Едет зачем-то на передовую, да мало ли еще по какой надобности? Тогда можно и побеспокоить важную персону…
Все оказывается куда проще и обыденнее.
