Следующие двадцать минут пришлось потратить на то, чтобы высушить ее с помощью все того же утюга. Вновь облачившись в свои, но уже чистые вещи, Лиза вернулась в комнату, с которой и началось ее знакомство с данной квартирой сразу после пробуждения. На полу все еще валялись осколки от ночника, которым она пыталась защититься от Макара. Вооружившись веником и совком, девушка тщательнейшим образом собрала все стекло и выбросила в мусорное ведро вместе с другими крупными частями, оставшимися от изделия.
Однако по завершении уборки опять почувствовала головокружение и легкую тошноту. Списывая все на стресс, Лиза удобно устроилась на диване и включила телевизор. Бесцельно листая каналы, случайно наткнулась на тот, переключить который просто не смогла. Там шел документальный фильм о ворах в законе из цикла криминальной хроники. Точно завороженная, она вслушивалась в каждое слово, озвученное с экрана. Повинуясь необъяснимому порыву, старательно пыталась запомнить их странную терминологию.
Некоторые вещи, являющиеся нормой для криминального мира, откровенно ее ужасали. Но переключить канал рука не поднималась.
В голове назойливой мухой кружила мысль:
«Я – часть этого мира! Хочу я того или нет… факт остается фактом!»
Лиза была уверена, что не сомкнет глаз этой ночью. Только вот у ее организма на этот счет были совсем иные планы. Она и не заметила, как провалилась в небытие. Правда, и проснулась так же внезапно.
В комнате вдруг стало очень тихо. А еще кто-то укрыл ее пледом. Вздрогнув, Лиза распахнула веки. В предрассветных сумерках четко разглядела мужской силуэт. Потерев глаза, она спросила хриплым голосом:
— Уже утро?
— Очень раннее, — отозвался Макар, извлекая из тумбочки еще один плед.
Каким же было удивление, когда он немного потеснил ее, а сам улегся рядом.
Неуклюже путаясь в своем пледе, девушка испуганно проблеяла:
— Что происходит? Ты что делаешь?
— Других кроватей и диванов здесь нет, — невозмутимо пояснил мужчина.
— Спать на полу в моем возрасте – не вариант. А вздремнуть три-четыре часа все же нужно. Придется тебе немного потерпеть. Спи, милая. Спи.
— Но…
— Тебе нечего бояться. Я не трону тебя.
Лизавета плотнее укуталась в свой плед, бормоча себе под нос:
— Диме это не понравится. Ему это очень не понравится.
— Он не узнает.
— Нет. Лучше я посплю на полу.
