— Скорость роста корня резко возросла, думаю, это и породило колебание почвы.
— Вот как? — нахмурился Грехов. — И как велика скорость роста на данный момент?
— Четыре метра в час. А была три сантиметра…
Некоторое время все молчали, разглядывая грузный бочонок геологоразведывательного робота. Не верилось, что робот свободно проникает под землю на несколько сот метров и движется сквозь горные породы так же легко, как игла сквозь воду.
— Долго будет расти корень? — спросил наконец Грехов.
— Не знаю, — с неохотой сказал Сергиенко. — Может быть, он решил достичь мантии — для эффективного пополнения энергозапаса, а, может быть, скоро остановится.
— А вы представляете, что будет, если корень оборотня в самом деле проткнет кору Марса до мантии?
Сергиенко посмотрел на губы Грехова и не ответил.
— Я уже сообщил Пинегину, — сказал подошедший Нагорин, более угрюмый, чем всегда. — До заседания ВКС осталось шесть дней… — Он замялся.
— Договаривай, — скривился Сергиенко.
— Картина остается неясной, вот и все, собственно. Но вывод комиссия сделала однозначный: мы будем требовать удаления сверхоборотня с поверхности Марса в открытый космос.
— Тогда лучшее место для нового полигона — девятый сектор Пояса астероидов, — сказал Грехов. — Самый безлюдный уголок Солнечной системы. А базой для полигона может послужить древняя станция болидного патруля. Правда, метеоритная опасность там повыше, чем в других секторах Пояса.
— О размещении полигона решит Совет, хотя при веском обосновании подойдет и Пояс астероидов. Что же касается вашего вполне уместного волнения по поводу роста корня оборотня… — Нагорин посмотрел на Сергиенко."
"— Говори все, — махнул тот рукой. — Все равно ничего изменить нельзя. Все-таки человечество заметно усредняется… В прошлые века гениев, возвышавшихся над средним уровнем науки, умеющих верно оценивать основные направления развития общества, было больше.
Здесь я не вижу никого, кто смог бы оценить реальные объемы того богатства, которое заключено в сверхоборотне; даже не в самом Конструкторе — только в его споре! Оценить тот толчок, который даст науке овладение тайнами величайшего экспериментатора и строителя во Вселенной!
— Один толчок мы сегодня уже ощущали, — с иронией заметил Диего.
— Не согласен с вами, — сказал Грехов.
