«Семнадцатый», ложись в кильватер по пеленгу.
— ДД, я Берестов, как слышишь?
— Четко, — ответил спокойно Демин. — Приступили?
— Приступили. — Ратибор дал в эфир сигнал «всем связь» и получил в ответ длинную очередь зеленых огней и цифр: ведомые модули «пакмака» докладывали о готовности к работе с новым координатором, заменившим Шадрина.
— Вперед, — бросил Ратибор инку драккара, — выходи на поврежденного чужанина.
— Что ты задумал, Берестов? — спросил Демин.
— Пока ничего, посмотрю. Надо попробовать вытащить его из зоны, он явно нуждается в помощи.
— Если бы они нуждались в помощи, — хмыкнул Шадрин, — то второй давно вытащил бы своего коллегу, а он что-то не торопится.
— Разберемся.
Ратибор снова вспомнил умоляющий взгляд Анастасии и ее просьбу «не лезть на рожон».
Чужане
Железовский вошел бесшумно и невольно услышал последние фразы диалога."
"— Вы потеряли уже двоих! — резко сказала Боянова, стоя к Эрбергу вполоборота. — А корректного объяснения случившемуся нет до сих пор. В чем дело?
— Это погранзона! — угрюмо проговорил командир пограничной службы, одетый в официальный костюм пограничника: темно-зеленый полукомби, серый галстук, серые туфли.
— Зона непрогнозируемого риска.
— Но теряем-то мы не просто людей, теряем профессионалов, пограничников. В чем дело? Плохая подготовка кадров?
Эрберг пожевал губами, но промолчал.
Железовский кашлянул. Собеседники повернулись к нему, потом командор наклонил голову, сказал: «Я доложу вам о принятых мерах», — и вышел. Боянова и комиссар-два отдела безопасности остались одни.
— М-да, — сказала председатель СЭКОНа, разглядывая нового посетителя. — Сегодня неудачный день, одни неприятности. Итак, другарь Аристарх, что это может быть? — Боянова дежурным жестом, не думая, поправила пышные волосы, мельком взглянув на свое отражение в зеркале противоположной стены, и перевела взгляд на виом, показывающий объемное изображение необычной конструкции, похожей на тонкий и длинный побег бамбука в «шубе» острых шипов, игл и ворсинок. — Садись, поговорим сидя, у меня есть несколько минут.
Железовский опустился в предложенное кресло и застыл каменной скульптурой уставшего олимпийца. Будучи по натуре домоседом, он решал все вопросы, практически не выходя за пределы Управления, используя возможности видео и пси-связи до предела, но к председателю комиссии социального контроля он являлся — и к этому имелись свои причины — не визуально, а материально.
— Канал Большого Выстрела — следствие, — пробасил он, поняв вопрос.
