В этот момент створки двери финиш-камеры метро разошлись лепестками диафрагмы, и первое, что почувствовали люди, — оглушающий шумовой удар пси-поля! Ратибор устоял только потому, что половину мощности волны принял на себя защитный экран, но и оставшейся доли пси-импульса было слишком много: показалось, что все вокруг искривилось, потолок отсека провис, пол выпучился, стены оплыли книзу, как пластилиновые, фигуры товарищей превратились в плоские листы с котлообразными головами! Воздух в отсеке загустел и задрожал жарким маревом, будто нагретый до высоких температур.
Каким образом из камеры метро выбрались К-мигранты, Ратибор не заметил. Но не упал — кто-то поддержал его под локоть.
К-мигрантов было десять, хотя Ратибор не сразу узнал, кто есть кто, борясь с болезненным головокружением. Чуть впереди стоял Вильям Шебранн в белом кокосе, за ним Нгуо Ранги, Свиридов, Шустов, Шубин, Стенсены — отец и сын, Григорий Григ, Мэтьгоз Купер и Патрик Фригдом. Тишина установилась такая, что в ушах стал слышен шум собственной, пульсирующей по жилам, крови.
Так они и стояли, стенка на стенку, десять К-мигрантов и пятеро людей, похожих друг на друга умением владеть собой и ощущением грозной, спрятанной до поры до времени, силы. Потом из ромбов на груди Грехова — он тоже стоял чуть впереди — сверкнули два тонких красных лучика, как бы охвативших группу К-мигрантов слева и справа.
— Дальше вам ходу нет, — негромко сказал Грехов, и от этих слов спину Ратибора охватил ледяной озноб.
— Вас мало, мы пройдем, — спокойно и так же негромко и буднично сказал Шебранн, констатируя видимую расстановку сил.
"
"— Ошибаетесь. Нас предупредили, и мы успели принять меры. Но вы и без того были обречены на поражение с самого начала, несмотря на обладание многими способностями с приставкой «супер». Вы забыли, что боретесь не против конкретных лиц, и даже не против определенных служб человечества, а против системы! Против стабильной гомеостатической системы под названием цивилизация, управляющей сложными неравновесными режимами, которые обеспечивают ей научнотехнический и социальный прогресс.
Вы можете справиться с нами, с небольшим отрядом, хотя и не без боя и не без потерь. — Грехов растянул в беглой усмешке губы. — Это я вам обещаю. Но вы не справитесь с остальными, имя которым — легион!
— Мы уничтожим вас, потом Т-конус, большего не надо. Тот, кого вы назвали Конструктором, по сути — наш родитель, и должен вернуться целым и невредимым. Дальнейшую дискуссию считаем нецелесообразной.
