Я не успел задать новых вопросов: в коридоре раздался глухой шум, словно что-то швырнули в стену. Мы оба замерли, повернув головы. Шум повторился, ближе. Я решил действовать. Кто бы это ни был, не стоило попадаться ему на глаза.
– За мной, – шепнул я, схватив Джерома за руку.
Он тут же вырвался, возмутившись:
– Зачем?
– Сюда кто-то идёт, и не факт, что он будет нам рад, особенно тебе. Скорее. – Я вновь схватил его за руку, и Джером снизошёл до того, чтобы послушаться.
Едва мы спрятались за дальним стеллажом, дверь с грохотом отворилась; кто-то упал и выругался.
Судя по звукам, завязалась драка.
– Это был ты! – прошипел кто-то, поднимаясь. – Точно ты.
Я видел их силуэты.
– И? – громко и с вызовом спросил второй, закрывая за собой дверь. – Что ты сделаешь? Сдашь меня?
Голоса знакомые…
– Но зачем?
Теперь их было лучше видно. Один вцепился в другого, но тот не вырывался, как будто его всё устраивало.
– Ответь, Гедеон, зачем?!
У меня чуть не вырвался удивлённый возглас, но Джером заметил это и успел жёстко прикрыть мне рот мозолистой ладонью.
Я замер. Гедеон с Люмьером? Разве что Оскара не хватает для полного счастья. Он оставил свои попытки объясниться?
– Бернард слишком много болтает, – ответил брат, внимательно осматриваясь. – И думает, что он умнее всех.
Я испуганно толкнул Джерома вглубь стеллажей, боясь, что нас заметят. Он толкнул меня в ответ, но отступил, убирая руку с моего лица.
– А что насчёт Брума? Он ведь тоже пострадал.
– Впрочем, в тоне Люмьера не было ни намёка на сочувствие.
– Мне плевать, – равнодушно проговорил Гедеон и, отстранившись от Люмьера, закурил.
Я жадно вглядывался в каждый его жест, жалея, что не могу подойти ближе. В голове не укладывалось. Значит, это был Гедеон? Он слил фотографии Оливера с Бернардом и представил всё в таком мерзком свете?
– Ты снова идёшь по головам, – констатировал Люмьер, поправляя маску.
– Как будто тебя это удивляет. – Гедеон протянул ему свою сигарету.
– Это всё из-за Оскара, верно? – Люмьер затянулся и выпустил табачный дым.
– Да пошёл ты к чёрту. Он вообще к делу не относится. – Гедеон снова забрал сигарету и едко добавил: – Мы не общаемся, если ты не заметил.
– Но ты продолжаешь его защищать в каждом споре. – Было видно, как Люмьеру неудобно; он тёр щёку, задевая маску. – И о чём болтал Бернард? Распускал слухи про Оскара или про Готье? – Он не выдержал и снял маску.
