Единственным, кто ничему не удивился, был Оливер. Он нервно качал ногой и тёр ладони. Да и в целом выглядел всё ещё беспокойно, в то время как его сестра, кажется, чувствовала себя совершенно в своей тарелке.
Когда Оливия надела чёрную футболку Скэра, то почти потонула в ней. Комфортно устроившись на диване, она положила ногу на ногу и довольно выдала:
– Так-то лучше.
Я и Скэриэл всё ещё поражённо смотрели на неё.
– Ну что? – бросила она, не поведя и бровью. – Вот я настоящая. Привыкайте.
– А ты разгроми тут комнату и переверни стулья на кухне, чтобы они точно познакомились с настоящей тобой, – пробубнил Оливер, за что получил локтем в бок.
– Ай!"
"– Хорошего понемножку, – весело ответила Оливия. – Я же не хочу, чтобы они попадали в обморок.
– Как будто тебе вообще есть до них дело…
– Иди к чёрту, милый, – проворковала она.
Оливер громко хлопнул в ладоши, отчего я вздрогнул, и резко встал.
– Ну что там с фотками?
– Да зачем вам фотки? – Оливия закатила глаза. Клянусь, в этот момент она выглядела так же, как Оливер.
Потрясающее сходство. – Просто напиши заявление по поводу шантажа на этот кусок дерьма.
Крепкие словечки, вылетавшие изо рта Оливии, поразили меня. Так вот что чувствовал отец, когда я высказал ему по поводу Скэриэла. Теперь я его понимал.
– Нет! Отец так может узнать! – Оливер гневно посмотрел на неё. – И ты не смей ему говорить!
– Больно надо, – бросила Оливия, отвернувшись.
– В общем, – подал голос Скэриэл, – есть кое-что. Не лучшее качество, но что есть, с тем и будем работать.
– Он потянулся к рюкзаку и достал фотографии. – Вот.
– Ну хоть что-то, – нетерпеливо проговорил Оливер, протягивая руку.
Я подошёл ближе и принялся рассматривать снимки. Бернард – это, без сомнения, был он, хоть изображение и оказалось нечётким, так ещё сделанным в тёмном помещении – в окружении двух человек нагнулся к белой, тонкой, еле заметной дорожке на столике. Усомниться в его действиях мог только идиот.
– Это лучшее, что я видел в своей жизни, – медленно проговорил Оливер, и Оливия прыснула.
Брум повернулся к Скэриэлу и восхищённо посмотрел на него. – Я не знаю, как тебя благодарить. Ты мне жизнь спас.
– Я был рад помочь, – смущённо сказал Скэриэл.
– Это просто охренеть, – оценил я. – Это что? Он наркоман?
– Да хоть маньяк! – Оливер прижал снимки к груди. – Это моё спасение.
– Ага, похоже на кокаин, – подтвердил Скэриэл.
– Вот дела… – только и смог вымолвить я.
– А телефон ты зачем утопила? – вдруг весело спросил Скэриэл у Оливии.
