Рецепт идеальной мечты

"Ну вот, я же еще виновата!" – Надя поспешно вышла; из зала. Ее остановила начальница:

Пришлось возвращаться.

– Поставь сама. А она, – презрительный кивок на Наташку, – пускай вместо тебя в хранилище сходит.

Наташка спрыгнула со стремянки. Обрадованно кинулась к Наде, протянула ей справочники. Ну и ладно, Надя лазить по стремянке совсем не боится. А что в хранилище не идти – это хорошо: с ворчуньей Ниной Аркадьевной общаться не придется.

Наташка весело помчалась прочь из зала. Дарья Михайловна вслед припечатала:

– Неумеха.

Надя ловко вскарабкалась по стремянке к самому потолку. В ее опытных руках лестница вела себя идеально: не скрипела, по полу не елозила. С толстыми справочниками, правда, пришлось повозиться: книги-соседи уже успели сомкнуться и никак не хотели принимать товарищей назад. Пришлось, глотая пыль, положив справочники поверх книг, обеими руками раздвигать строй томов.

– Вот уж эта Наташка, – ворчала Надя, – "Трое в лодке", что ли, ей дать почитать? Как мужик у себя все болезни нашел – кроме воды в колене?

Дарья Михайловна, снизу наблюдавшая за Надиными мучениями, не удержалась, поправила:

– Не воды в колене, а родильной горячки!

Надя, воюя с талмудами, возразила:

– А вот и нет! Я "Троих в лодке" на английском читала, и в оригинале болезнь называется "хворью горничных" – в смысле, они на коленках пол моют, и от этого у них коленные чашечки воспаляются.

Вредные книги наконец согласились принять в свои ряды беглые справочники. Надя как могла отряхнула пыльные руки, украдкой от начальницы протерла их о книжные корешки. Как, интересно, полки до сих пор не обрушились? Стоят ведь одна на другой и талмудами перегружены – считай, вдвое. По нормам полагается ставить их в один ряд – но томов расплодилось столько, что уже давно стоят в два. Последний – у самой кромки полки, а некоторые толстые издания даже полувисят в. воздухе. За такие полки, спускаясь по лестнице, и не подержишься – Наташка, наверное, потому лазить боится.

Плюс потолки, конечно, у них в библиотеке высоченные. Наверно, самые высокие во всей Москве. Только в церквях – выше. Самой большой стремянки – и то до верхней полки не хватает.

– Спускаюсь! – сообщила Надя.

Взглянула вниз: эх, высоко, как на парашютной вышке стоишь! Побыстрей спуститься и наконец домой…

Надя отцепила руки от полки и забалансировала на верхней ступеньке.