Рецепт идеальной мечты

– Спасибо, – поблагодарил Дима и положил трубку.

"Господи, как хорошо, что с Надей все нормально. Но что с ней было? Ох, я на одной "междугородке" здесь разорюсь!"

Он заварил кипятильником кофе.

Выпил стакан горяченького, некрепкого, закусил липким американским шоколадом.

За окном стояла глухая ночь, только отдаленный гул доносился со стороны федеральной магистрали "Айфайв".

Все последние элементарные действия – телефонный звонок, приготовление кофе – дико утомили его.

Опять ломило все тело, болели глаза.

Делать ничего не хотелось, и он снова залез под одеяло. Долго лежал в полудреме, а потом заснул.

Снова наступило утро. И снова Диме показалось, что он здоров.

Но стоило только выползти из-под одеяла, дошкандыбать до ванной, выпить воды, заправленной аспирином, как опять Полуянов ощутил страшную усталость.

К усталости примешивалось разочарование. Он едва ли не в первый раз в своей жизни не выполнил задание редакции. Он ничего толком не понял ни в Васине, ни в Поле. Он не нашел рукописи.

И, наверное, уже не найдет. Времени оставалось с гулькин нос. Через пять дней ему лететь обратно. И нет ни единой ниточки, зацепки, идеи: что делать дальше? Идти, бежать, ползти – некуда.

Да и совсем не хочется.

Может, раз уж он прикован к постели, нашарить информацию в Интернете? Может – как бывало пару раз, – всемирная Сеть, этот огромный склад, где свалены в кучу самые разные данные, натолкнет его на идейку? На какую-нибудь – пусть крошечную – мыслишку?

Дима выполз из-под одеяла, подключил ноутбук к телефонной сети.

Снова залез в кровать, укрылся, уселся, подложив подушки, положил компьютер на колени.

Включил его, вышел в Сеть.

Он решил поискать дополнительные сведения о филологе Васине и об убитом историке Антоне Андреевиче Фомине.

Зашел на русский поисковый сервер, набрал в окошке "Я ищу": "Васин". Затем, чтоб не путались разные посторонние Васины, добавил, через точку с запятой, раздел: "филология".

Сервер показал ему пару десятков страниц, где встречались рядом "Васин" и "филология".

Следующие пару часов Дима убил на то, чтобы прочитать – точнее, попытаться прочесть пять-шесть работ филолога Васина.

Ничего, абсолютно ничего. Тяжеловесный стиль, длиннющие предложения, куча малопонятных терминов.

Тогда Дима взялся за историка Фомина. Этот писал побойчее, повеселее. Кое-какие труды (недлинные) Полуянов даже осилил до конца.

Но и здесь пусто. Ничего интригующего. Никакой искры, находки.