Рецепт красивой смерти

– Эдь, давай свалим отсюда, а? – подойдя сзади, предложил Григорий. – И побыстрее! А то, чую, погорим, как шведы под Полтавой!

Тот, присвистнув, покрутил пальцем у виска:

– Рехнулся, что ли? А если его кто-то другой вскорости найдет и вызовет ментов? А те дадут объявление, что там-то и там-то найден труп, просим свидетелей откликнуться и сообщить всю возможную информацию. И? И кто-то сообщит, будь уверен! Ты же знаешь сам, что видеорегистраторы сейчас – почти в каждой машине. Так что мы, дорогуша, уже наверняка зафиксированы, и не одним им.

И если мы сейчас отсюда смоемся, то в случае чего всех собак запросто могут повесить именно на нас. Хрен потом отмажешься… Гринь, в полицию звякни – у меня, матрешки-кочережки, с какого-то хрена вдруг сел аккумулятор. Что за чушня? Сроду такого не было!

– Ла-а-а-дно… – неохотно согласился Григорий.

Минут через двадцать – двадцать пять к месту обнаружения трупа примчался полицейский микроавтобус с мигалкой, следом за которым прибыл фургончик из местного морга.

Старший опергруппы – крепкий усатый капитан – подробно расспросил приятелей об обстоятельствах того, как был найден неизвестный. Судмедэксперт, осмотревший труп, сразу же заявил, что смерть наступила не менее десяти-двенадцати часов назад. Ее причина – тяжелая травма, полученная предположительно в результате удара, нанесенного быстро движущимся автомобилем. Криминалист и в самом деле обнаружил на одежде потерпевшего мелкие осколки стекла автомобильной фары, разбившейся при столкновении. Похожие осколки обнаружились и на дороге.

Осмотрев фары «Шкоды», старший опергруппы с кем-то связался по рации и запросил данные камер видеонаблюдения. Его интересовали автомобили с разбитой правой фарой. Слыша этот заочный диалог, Эдуард внушительно вскинул указательный палец и вполголоса отметил:

– Усек, в чем юмор? Ща этого «Шумахера» вычислят, и отмотают ему – мама не горюй!

Казалось бы, на этом банальная история гибели бродяги в результате ДТП могла бы считаться почти завершенной, за исключением некоторых моментов.

В частности, опера так и не смогли понять: каким образом потерпевший оказался в придорожных зарослях? Если он сам туда добрел, то почему и зачем туда отправился? Ведь логичнее было бы остаться у дороги – это повысило бы его шансы на то, что какая-то добрая душа вызовется ему помочь. А то, что бродяга после столкновения с автомобилем ушел в заросли сам, – сомнений не возникало.