Рецепт красивой смерти

Если считаешь, что мы нарушили субординацию, можешь прямо сейчас поставить вопрос о нашем увольнении. Ты как? – взглянул он на Стаса.

– Полностью солидарен! – кивнул Крячко и поднялся. – Пошли к себе. Рабочий день уже к концу? Отлично! Ровно в семнадцать ноль-ноль мы покинем эту богадельню. Чао!

– Будь! – Тоже поднявшись с кресла, Лев, не глядя, коротко махнул рукой и направился к выходу.

– Это!.. Мужики! Ну, вы, хорош чудить! Что за ерунда? – вскочив на ноги, растерянно пробормотал Орлов. – Что за детский сад?!!

Но те, никак не отреагировав на его выпад, вышли из кабинета.

Когда за операми закрылась дверь, Петр медленно опустился в кресло и отрывисто ударил кулаком по столу. Взглянув на телефон прямой связи с министерством, он беззвучно изобразил плевок в его сторону и, снова поднявшись, тоже шагнул к двери.

Когда генерал вошел в кабинет Гурова и Крячко, те сидели перед мониторами своих компьютеров, что-то негромко обсуждая. Закрыв дверь, Орлов некоторое время стоял молча, потом прошелся взад-вперед и, остановившись, сердито произнес:

– Так, мужики, чую, нам надо серьезно поговорить.

Я так понял, вы решили, что я переродился, стал махровым бюрократом, которому такое понятие, как справедливость, до фонаря и по барабану. Хочу внести ясность… Да, Лева, ты был прав. У меня и в самом деле состоялся приватный разговор с одним из наших министерских тузов. Да, да, тем самым, который нас очень «любит». Он мне позвонил и с ходу уведомил о том, что нашей работой у них не очень довольны, в том числе и САМ. Ну, да это – мелочи. Главное – другое. Вы в курсе, что госбюджет на будущий год будет дефицитным, причем по всем статьям, в том числе и по финансированию силовых структур? Знаете об этом?

– В общих чертах… – нейтральным тоном ответил Лев, оторвавшись от монитора и взглянув на Орлова.

– Ну, что ж… Конкретизирую. Нам урезают премиальный фонд, урезают финансирование транспортных расходов, финансирование специальных исследований, нам урезают штат по части ряда специалистов.

Например, информотдел сократится вдвое. Теперь там останется всего три сотрудника. Как они будут управляться с кругом своих задач – я не знаю. Урезают экспертов-криминалистов. Было шестеро, теперь останется четверо. И так – по всем отделам. А это что означает? Наша «контора» будет кадрово обескровлена и вряд ли осилит в урезанном составе весь тот круг задач, которые мы призваны решать.