Реверанс со скальпелем в руке (СИ)

Кивнул дежурной, она говорила ему уже в спину:

- Там новенькая – Света, сиделка…

- Я в курсе – знаю, - открывал он дверь.

Крепкая и высокая - с него ростом, девушка делала Мане массаж. И, услышав звук открывающейся двери, быстро заслонила её собой, а потом набросила простыню, глядя с вопросом.

И Шония широко улыбнулся, сразу почувствовав к ней симпатию и мигом одобрив выбор Андреевны - хорошая девочка, молодец.

- Продолжайте, Света, я подожду у окна, не буду вам мешать, - отвернулся и отошел, привычно уже расслабляясь телом и душой – он дома…

- Я скоро… минут пять осталось, мы уже до сорока дошли, - спокойно доложила Светлана.

- Очень хорошо. Спокойно заканчивайте, - дрогнул голос мужчины. Он стоял отвернувшись, как и обещал и смотрел в темное окно. Качнулся и прислонился лбом к холодному стеклу – о, дело! Так и простоял эти минуты. Ждал. Бежать и спешить больше некуда – будто завод кончился. Или батарейка села. Или просто дошел, наконец…

- Я закончила, Георгий Зурабович. Мне выйти?

- Да, Света, погуляйте, отдохните минут…

- Да… - садился уже он на стул рядом с Маней.

Жадно смотрел на лицо. Осторожно взяв руку, поцеловал ладонь, перебирая худые тонкие пальцы – все что смел себе позволить. Любовь лилась из него рекой... когда-то он даже думал, что она лечит – ни одного осложнения, когда оперировал с Маней. Тогда тоже… рвалось неконтролируемо, говорилось, изливалось – для неё, на неё. А она не видела, не понимала, не любила… Что оно вообще такое – любовь эта? Зачем?

Что ж так больно-то от неё, Господи?!

Ни надежды, ни просвета! Проклятие какое-то…

- Маш… Манюня, а я примчался уже… соскучился.

Света ждала на посту, возле дежурной сестры. Думала, вспоминая выражение лица симпатичного врача, жадный взгляд на эту Машу, лихорадочный блеск глаз. С ума сойти! Значит – правда? Бывает же… Там же смотреть не на что – полутруп по большому счёту. Мощи…

- Он теперь молчит на операциях, знаешь? – вдруг заговорила медсестра.

- Совсем молчит? – не поняла Светлана.

- Почему – совсем…? – отвернулась дежурная и занялась какими-то своими делами – рассказывать человеку, как оказалось, несведущему, открывать… как какую-то святую тайну – так чувствовалось! Просто не сочла возможным. Не то, чтобы одобряла Шонию – наоборот, как женщина замужняя… Но было что-то такое в их с Машкой истории.