Хам встал, не выпуская меня из рук; держа Тарри, поднялся и его дядя. Окинув нас чуть ироничным взглядом, свекор произнес:
– Пожалуй, я вернусь в управление. Возможно, еще какие новости узнаю.
Он быстро откланялся, пожелав спокойной ночи. Мы же поднялись наверх. Только там нам позволили встать на ноги. Зашли сначала к Тарриэль, посмотреть, как ее устроили. Внутренне я скривилась – слишком мрачно. Свет от лампы не разгонял сумрак по углам. Наверное, хорошо, что в доме нет женских комнат, темная массивная мебель больше подходит крупным демонам, но с этим нужно будет что-то делать.
Дому не помешает ремонт. Заметив, как поежилась Тарри, оглядывая комнату, где предстоит ей спать, предложила:
– Если хочешь, я могу остаться сегодня с тобой.
Хам протестующе шумно вдохнул воздух, но ничего не сказал. Что поделать, я сама не хотела с ним расставаться, но и бросить одну девушку не могла. Первая ночь после плена. Кто знает, какие кошмары ее будут мучить? А у нас даже нет служанок, чтобы попросить с ней посидеть.
Повариху совесть не позволяла тревожить, а от элементалей сочувствия не дождешься.
– Это лишнее, – неожиданно подал голос Артан.
Он усадил выглядевшую потерянно Тарриэль в кресло, а сам заглянул в ванную комнату.
– Воду набрали, халат, полотенца есть, – перечислил он и оглянулся на Тарри: – Я бы советовал полежать немного в теплой воде перед сном.
Девушка покраснела, но согласно кивнула.
– Дэрин, не беспокойся. Тебе самой нужен отдых, а за Тарриэль я прослежу, – сказал мне Артан и перевел взгляд на свою подопечную.
– Надеюсь, вы будете не против, если на страже вашего сна посижу я? Обещаю прогнать любые кошмары и никому не дать в обиду.
– Эм-м… – у меня не было слов. Мужчина в девичьей спальне? Да ее матушку удар хватит! И какая девушка согласится на такое? Это же конец репутации!
Но Тарриэль не спешила возмущаться, переводя взгляд с меня на Артана.
– Я буду благодарна, – тихо произнесла она.
Что?! Я не ослышалась?
От проявления эмоций меня удержало пожатие руки.
– Мудрое решение, – подал голос Хам. – Не переживайте о своей репутации. У нас нет слуг, и сплетничать некому. Ваша репутация не пострадает."
"– Боюсь, после плена от нее уже ничего не осталось. Мне поздно переживать об утраченном, – с горечью произнесла Тарриэль, и я ее понимала. Репутация – наше все. Найти достойную партию ей теперь будет затруднительно.
– Глупости! – уверенно заявил Артан. – Вы достойны уважения, а ваша стойкость духа вызывает восхищение.
