Ревность волхвов

Но когда я увидел их вдвоем, у меня неприятно засаднило сердце — от ревности, разумеется, от ревности, от чего же еще! И я вдруг понял, что на деле мое чувство по отношению к Лесе, оказывается, богаче, сложней и многогранней, чем вульгарное влечение.

Несолоно хлебавши, расстроенный, огорченный, я поплелся в свой коттедж…

С горя выпил еще две банки пива и улегся, положив на живот компьютер, — писать эти заметки. (Санька все храпел на своей кровати.)

Валентина и Кен за стеной, в гостиной, тоже пили пиво и смотрели — в двести восемнадцатый, наверно, раз — «Семнадцать мгновений весны», серию за серией.

Может, они и странные ребята; может, даже преступники — но, надо отдать им должное, в общежитии они оказались весьма удобны. Шуму издавали немного.

А когда я уже подходил к концу своего дневника и собирался спать — ближе к одиннадцати ночи, — был снова вознагражден Лесиным вниманием, на этот раз телефонным.

Ее голос показался мне ужасно довольным, но вместе с тем и деловитым:

— Иван? Я хотела бы, чтобы завтра мы всей компанией — без исключения — собрались на обед.

Давай в нашем коттедже в час. Предупреди, пожалуйста, Саню и Иннокентия с Валентиной.

— А что случилось? — естественно, поинтересовался я.

— Ничего особенного, — уклонилась она от ответа, — просто надо поговорить.

У меня имелись к ней, конечно, и другие вопросы: какого черта она встречалась с Боковым? Куда они ходили, что делали? И где она находится сейчас?

Но я, разумеется, их не задал, только холодно проговорил:

— И всем нашим передай.

Леся не сочла нужным пускаться в объяснения, не бросилась рассказывать, где она была и с кем, и повесила трубку.

Интересно, что у нее завязывается с Боковым? Или это была просто деловая встреча? Или свидание, на котором она (как ранее мне) дала ему отлуп? Или она ему уступила? Я понимал, что никогда, наверное, этого не узнаю. Даже если попросить Лесю рассказать начистоту, вряд ли она поведает правду. Я бы, во всяком случае, на ее месте соврал.

Кстати, странная нестыковка: она назначила всем нам встречу во «вдовьем домике» завтра в час.

А со своим неведомым собеседником договорилась на два. Куда она еще собралась? И успеет ли наша встреча закруглиться за час? Может, Леся ошиблась? Вряд ли… Такие, как она, деловые девушки, никогда не путают часы свиданий. Странно… Но гадать — бесполезно. Завтра я все узнаю. А может быть, и не узнаю ничего…

Все, что сегодня случилось, — ужасно. Просто ужасно. Не могу ничего писать, расскажу обо всем завтра. Если сумею.