Ревность волхвов

Но тут с противоположной стороны горы, из-за слоистых туч, вдруг выглянуло красноватое, набухшее солнце…

Это было не то же самое светило, что изматывает своим постоянным присутствием на южных экзотических курортах или в Крыму, не то повседневное, что порою, с досадливой миной на лице, появляется в Москве. Нет, здесь вставало солнце заполярное — редкий гость, долгожданный, стыдливый, словно улыбка на устах человека, безнадежно больного депрессией. При минутном восходе красного робкого светила, как при явлении театральной звезды, мне захотелось аплодировать.

Чувствительный Петя Горелов, похоже, ощутил то же и захлопал первым. Я подхватил его аплодисменты, затем к нам присоединились и Светлана, и Леся, и обе руководящих жены — Настя с Женей. И только Саня с Вадимом остались неподвижны; первый (чтобы удержаться?) даже засунул руки в карманы, а Сухаров, типа по-отцовски, усмехнулся нашему всеобщему сентиментализму.

Солнце скоро кануло, снова скрылось в тумане, а потом и за горизонтом, и после приступа восторга все, не сговариваясь, зашевелились: стали цеплять к креплениям лыжи или борды, надевать маски, натягивать на носы и щеки «балаклавы».

Одна только Леся не стала готовиться к спуску — и еще друг мой Саня. Он подошел ко мне и, приобняв за плечо, увлек в сторонку. Оглянувшись, прошептал мне едва ли не в самое ухо:

— У меня и у Светланы к тебе просьбочка имеется. Антр ну, дуа сит, в смысле строго между нами. Ты сюда ведь равнинные лыжи взял, так? Не мог бы ты Лесе составить компанию? А то она горное катание не жалует, потому что, — зашептал он еще тише, — я так подозреваю, что умеет плохо.

А уроки брать у инструктора ей дорого. Слушай, ты уж поболтайся с ней, а? Покатайся на равнинных лыжах, будь другом! Но только вид не делай, что ты, типа, ради нее на жертву идешь. А то она девочка умная и гордая, сразу фишку проинтуичит, и тебя пошлет, и сама расстроится. Че-нить придумай убедительное.

— Вам со Светкой это будет стоить литр «Альмеки», — сделал я морду кирпичом.

— Даже не сомневайся, — поспешно заверил меня Санька.

Сердце у меня радостно скакнуло. Мой приятель даже подумать не мог, насколько в кассу оказалось его предложение. Кататься с девушкой по горе, в компании сотен пижонов — это одно. А рассекать с нею по пустынному романтичному лесу — совсем другое. В условиях неторопливого тет-а-тета в финских лесах у меня гораздо больше шансов.

Осталось убедить Лесю в том, что она должна делать то, что, в принципе, и хочет делать.