Ревность волхвов

Настя переключилась на него:

— Петь, давай еще раз сгоняем в город, в полицию. Я хочу узнать, когда и как мы сможем забрать тело Вадика. — При этих словах лицо творческого директора Горелова исказила мучительная гримаса. — И как его везти потом на родину. А вы, — обратилась она к нам с Лесей, даже почему-то скорее ко мне, чем к Лесе, — можете пока поговорить тет-а-тет с Женей.

— Давай поедем, — безразлично ответствовал Насте Петр. Его лицо теперь казалось безжизненным и бесстрастным.

— Только я сяду за руль, ладно? — мягко попросила Анастасия.

Петя почему-то покраснел, однако с подчеркнутой индифферентностью пожал плечами.

Настя залезла за руль «Лендровера». Петр поместился рядом. Взревел мотор, пахнуло выхлопом (в здешних чистейших местах аромат отработанных газов, даже от одной машины, казался нестерпимым), и они отбыли.

— Ну и шведская семейка, — неодобрительно прошептала, глядя им вслед, Леся.

— Для Москвы обычное дело, — небрежно бросил я, стараясь уколоть ее, провинциалку, и небрежностью тона, и привычностью (для меня) свободных столичных нравов.

— Ну и очень плохо, что обычное, — брезгливо проговорила девушка.

На крыльце мы были одни — и одни, казалось, во всей вселенной.

— Кстати, Леся! А помнишь ли ты о том, — сменил я тему разговора, — что согласно нашим с тобой изысканиям, все, о чем говорится в этом домике, кто-то прослушивает? И записывает?

— Ой, забыла! — воскликнула девушка. Простосердечным признанием своей оплошности она стала мне как-то ближе.

— Интересно бы знать: кто нас слушает? И зачем?

— Да, — подхватила Леся, — а еще хорошо бы добыть запись вчерашних разговоров: что здесь творилось в момент убийства.

— Ну, убивали же не здесь, а в другом домике.

— Все равно: мы бы знали, кто в момент убийства точно находился здесь, у кого стопроцентное алиби.

— Убийца может свой голос (как свидетельствуют детективные романы) заранее записать на пленку, — возразил я, и опять сыщица со мной согласилась:

— И правда… — А потом вскинулась: — А давай пойдем посмотрим на прослушку.

— Я думаю, самое время.

Проваливаясь в снег, мы обошли дом. Ключ от щитка висел на месте. Я отпер распредустройство.

Коробочки внутри не оказалось. Девушка чуть не носом в щиток залезла, забыв о собственной боязни электричества и презрев технику безопасности, все осмотрела и нервно усмехнулась:

Она стала осматривать снег, ведущий в лес.