Революция

Мне дело надо делать, ребёнка из города, побитого одними тварями, вывезти, а тут ещё ты со своими задохликами! – открыто проговорил я, устало отмахнувшись от бандита.

– А кто побил-то, мои?

– Да сейчас половина людей в городе такие, как ты. Солдаты её побили, снасильничать хотели, да вот я попался им на смерть. Не люблю такие дела, не по-человечески это.

– Так это ты солдат «положил» на Стремянной, в тупике? – Глаза у Сивого расширились.

– А ты-то откуда знаешь? Прошло всего несколько часов! – не сдержал я своего удивления.

– А ты думаешь, в Зимнем никого из братвы нет? Как узнали, сразу по всем хазам солдат разослали, были и у меня. Уехали всего час назад, наверное. Зря ты с ними так, найдут, там разговаривать не станут, солдаты все бешеные сейчас, наши с ними не связываются. А уж матросня…

– А чего ж ты на меня рыпнулся?

– Так ты один тут, а мне не нужны проблемы. Чем с тобой дело иметь, лучше завалить.

– Вот и я так думаю, – с этими словами я поднял пистолет и выстрелил в Сивого. На хрена он мне? Одним больше, одним меньше.

Пока никого нет, осмотрел бандитскую хату, нашёл оружие, немного старых денег, причём даже валюты, и какое-то неприличное количество драгоценностей. Цацки и деньги взял, мало ли, доллары у меня не вечные, скоро кончатся, авось успею купить что-то нужное и на царские рубли с фунтами. По всем правилам где-то у них ещё общак должен быть, но искать его надо долго и не факт, что найду. То, что так легко нашёл, это приманка для жандармов и лихих людей, найдут это и вряд ли станут искать основную заначку, тут тоже немало.

Умно, но старо как мир.

Услыхал во дворе тарахтение мотора и подошёл к окну. Вот это тачка! Да это ж амеровский грузовик вроде как, да ещё и в санитарном исполнении! Ну бандосы, ну прохвосты! Это чтобы делишки свои грязные делать? Обалденно!

– Ефим Платонович, поднимайтесь, надо с людьми рассчитаться! – крикнул я негромко, открыв форточку.

Ефим и волосатый мужик из бандитов посмотрели на меня и направились в дом.

Большая прихожая, или как назвать эту часть помещения, позволяла укрыться, что я и проделал.

Вдоль стен стояли какие-то ящики, как ставят лари под картошку, что в этих было, не заглядывал, но за одним таким и укрылся. И не зря. Волосатый, по прозвищу Леший, видимо, что-то учуял и зашёл в квартиру, прикрываясь моим извозчиком. Правда, ему это не помогло.

– Эй, Леший, – спокойно позвал я, уже держа его на мушке. Был он от меня сбоку, хотелось его повернуть лицом к себе.