— Слезно просил уступить и ему часть акций хотя бы в «МиБоР», — хмыкнул Константин, проводив зама взглядом, — я ему плачу, как топ менеджеру Газпрома, а он оказывается бедный — несчастный. Зарвался Сашка, нужно замену искать. Однозначно. — Костя досадливо морщится, и тут же меняет тему.
— Хрен с ним, Арин, я нашел план офиса, еще раз убедился: метраж позволяет переехать из Москва сити на Нагатинскую. Завтра подключу специалистов, к концу месяца переберемся. И еще, я тут подумал: давай обойдемся без заявлений, распоряжусь, чтобы бухгалтер по списку сотрудникам раскидал эти пять миллионов.
Пусть люди порадуются. Арин, я Вере написал, она купит и отвезет все необходимое Лидии Петровне, нужно только размеры уточнить, я в них совсем не разбираюсь. А мы, её послезавтра навестим, завтра Михаил передаст тебе акции, и вернешься домой. Побудешь с Ксюшей. И даже не пытайся протестовать.
Нет, протестовать я и не думала. Какие протесты?
— Спасибо тебе, за возможность побыть с дочкой перед отъездом, я сейчас проверю расчеты по производству, до конца рабочего дня успею.
Константин посмотрел мне в глаза. Внимательно.
— Знаешь Арин, я сегодня ночью на удаленке поработаю. Утром, пока вы с Михаилом формальности улаживаете, разгребу оставшуюся текучку. А потом мы с тобой поведем Ксюшку, куда она только пожелает, вместе поведем. Ты не против? Не хочу вас одних оставлять.
Не успела ответить, телефон в руке завибрировал. Снова мама на определителе.
Извиняюще улыбаюсь Косте, принимаю вызов.
— Алло.
— Мамочка! Это я! Ты можешь говорить? — слышу в трубке голосок дочки.
— Могу моя хорошая, только недолго.
— Мам, у меня кризис возраста. — заявляет Ксения серьезнейшим тоном.
— В чем выражается? — интересуюсь я
— Настроение проти… Противноречивое!
— Это как?
— Я очень рада, что наша бабуля — невеста! И за полковника рада, что он — жених! Только все думаю, может вы с Кастатином тоже поженитесь? Не будете так долго, как бабуля тянуть? Настоящий полковник сказал, знаешь как надо? Пришел, увидел, победил! Не поняла кого, но мне понравилось!
Ксения помолчала недолго, и задумчиво поинтересовалась:
— Мам, полковник Александр Викторович, собрался как с моря вернемся, просить у тебя руку бабушки, а бабуле он уже свою предложил.
Это так и должно быть? Или не обязательно меняться руками? Мне вот кажется, например у мамы и папы мальчиков, к которым мы в гости ездили, руки остались свои.
Слышавший весь разговор Константин, прикусил губу, смеется одними глазами.
