Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

– Вся Субура приветствует его! – воскликнул один из сенаторов, прибывший на собрание оптиматов, наскоро созванное, чтобы обсудить положение дел после суда и текущие события.

– Убивать его неразумно… Тем более в этот вечер… – отозвался другой.

Марк Туллий Цицерон выступил вперед и встал в середине, рядом с Помпеем. На протяжении всего суда Цицерон хранил молчание, хотя чувствовал себя в Сенате как рыба в воде. Он явно не был на стороне оптиматов и, конечно, ни в коей мере не сочувствовал популярам.

Сенаторы воззрились на него.

– В убийстве нет надобности, но мы должны убедить его покинуть Рим, – решительно заявил Цицерон. – Мы не можем позволить мальчишке Юлию Цезарю свыкнуться с мыслью, будто он может обрести на улице то, что потерял в суде.

Кто-то должен был сделать необходимый шаг и остановить Цезаря, способного запугать даже сенаторов, хотя ему едва исполнилось двадцать три года.

– Я с ним разберусь, – спокойно объявил Помпей, поднимаясь с трибуны.

Все согласились. После того как Метелл покинул Рим, Помпей начал выглядеть подлинным вождем оптиматов.

Цезарь повернулся к Котте:

– Я ценю твой совет, ибо знаю, что ты говоришь со мной как дядя с племянником. И я последую ему: уеду из Рима. Да, я так и сделаю.

Гай Юлий Цезарь в сопровождении Корнелии вышел за порог своего дома. Плебеи Рима зашлись в рукоплесканиях, безостановочно выкрикивая его имя. Наконец нашелся тот, кто осмелился противостоять всесильным сенаторам, присвоившим все богатства и преимущества, тогда как народ остался покорным и нищим.

– Цезарь, Цезарь, Цезарь!

Остановившись, Юлий Цезарь повернулся к Котте и матери:

– Ты была права, матушка.

– Я недостаточно силен, чтобы противостоять сенаторам. – Он посмотрел на нее взглядом, полным безграничной любви. – Но я стану сильнее, матушка.

Аврелия взирала на сына с гордостью. Она боялась за него, но при этом ее переполняла гордость, а храбрость сына затмила ее собственный страх.

Множество голосов кричали со всех сторон:

– Цезарь, Цезарь, Цезарь!

– Иди, Корнелия, встань рядом со мной. А где Лабиен?

Молодая жена встала рядом с мужем. Лабиен тоже подошел к Цезарю.

Юлий Цезарь вместе с женой и лучшим другом вышел приветствовать жителей Рима.