Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

– Они в шестистах шагах, славнейший муж, – доложил Серторий, не отстававший от консула ни на шаг: он смотрел то на тевтонское полчище, то на римские когорты.

– Пусть еще приблизятся. Чем ближе они подойдут, тем круче будет склон, тем тяжелее им придется в бою, а нам гораздо удобнее биться, когда мы сверху.

Серторий кивнул, но в его ушах отдавалось лихорадочное биение сердца. Никогда раньше он не видел такой огромной толпы варваров, неудержимо наступающей на римский лагерь.

– Да, славнейший муж, – согласился трибун и тут же добавил: – Они на расстоянии пятисот пятидесяти шагов.

– Приготовьте копья! – прогрохотал консул.

Легионеры подняли копья.

– Пятьсот шагов, славнейший муж.

– Да, я консул и сенатор вопреки желанию мерзавцев-оптиматов, и нет надобности напоминать мне об этом каждую минуту. Докладывай только о количестве шагов. Ты отлично считаешь. И видишь лучше, чем я.

Серторий хотел было ответить, но промолчал и только кивнул.

Тевтоны издавали гортанные крики, словно демоны из преисподней, желая напугать неприятеля.

– Четыреста шагов, – сказал трибун.

Гай Марий повернулся к передним когортам.

– Не начинайте без моего знака! Тот, кто метнет копье раньше времени, будет иметь дело лично со мной после битвы! – Помолчав, он добавил сквозь зубы: – Если мы останемся живы.

Марий снова повернулся к тевтонам, которые упорно двигались по склону, неумолимо приближаясь к римским легионам.

Серторию пришлось кричать во все горло, чтобы перекрыть вой врага, который подобрался уже совсем близко, готовясь протаранить римские построения:

– Сто пятьдесят шагов! – Он отер пот с подбородка.

Гай Марий поднял руки.

Все должно было произойти очень быстро, почти внезапно – но, как он предвидел, чем ближе подберутся варвары, тем больше их падет. При этом следовало все рассчитать, чтобы легионеры могли прочно закрепиться на месте, загородившись щитами и противостоя напору приближающихся врагов…

– Сто шагов, славнейший муж! – воскликнул Серторий; уважительное именование вырвалось у него само собой.

Тысячи легионеров метнули копья. Темное облако из железа и дерева заполонило небо.

Подобно граду во время сильнейшей бури, римские копья обрушились на первые ряды неприятеля. Десятки тевтонов сразу же были убиты, сотни ранены. На мгновение это ослабило их натиск. Они были всего в тридцати шагах.