Машинальным жестом обняв себя за плечи, я всё-таки подошла к некогда грозному байкеру, который сейчас казался каким-то… спокойным?
- Илья Алексеевич…
- А, это ты, Риш? – усмехнулся мужчина, невесть каким образом узнавший меня, хотя он даже не поворачивался. Сделав внушительный глоток любимого напитка, он хмыкнул, так и не посмотрев в мою сторону. – Хорошо, что пришла. Почти… вовремя, да.
- Я только узнала, - тихо произнесла, невольно поежившись. Такого Харлея я видела впервые – молчаливого, равнодушного… отрешенного.
И от этого становилось как-то жутковато. Не страшно, нет, а именно жутковато. Словно кто-то из него выпил все эмоции разом! – А где… где Миша?
- Там, - неопределенно махнул рукой рокер, так и не отрываясь от стакана. - Где-то там...
Понимая, что большего вряд ли удастся добиться, я отступила на пару шагов, а затем, развернувшись, направилась в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, попутно доставая из нагрудного кармана рубашки телефон, который не забыла заранее переложить из куртки.
Допустим, я хоть как-то сейчас одному директору постараюсь помочь… Но кто вытащит из депрессии второго?
Ответ на короткую смс пришел почти незамедлительно.
«Еду, нах!», - именно это гласило красноречивое входящее сообщение от абонента с именем «Неаполь».
Спрятав телефон обратно, я уже куда увереннее взялась за перила, проходя по балкону второго этажа...
Да только сеть трещин, которую оставила распахнутая дверь на стеклянной перегородке, как-то поубавили мою смелость.
Правда, не настолько, чтобы отступить назад.
Первым, что я почувствовала, оказавшись в полумраке кабинета, стал насыщенный запах алкоголя, ударивший в нос. Мне не нужно было смотреть в сторону мини-бара, чтобы убедиться в его разгромлении - целиком все помещение, некогда уютное, но в то же время строгое, поверглось в какой-то один сплошной, невообразимый хаос.
Трещины на стеклянных стенах, мокрые пятна на остальных, перевернутый диван и столы, какие-то обломки, ошметки и куча бумаг, разлетевшихся по сторонам, покрыв почти ровным слоем всё свободное пространство.
Снова обхватив себя за плечи, словно ища хоть какую-то поддержку, шагнула внутрь, слыша, как под подошвой сапог хрустят осколки стекла, щедро сдобренные землей из перевернутых кадок с цветами.
Я не знала, куда идти в полмураке, действовала скорее по наитию.
