Риск

И сейчас я вижу в ее глазах ту же уязвимость, отчего секс кажется…

Нет, дело не в том, что мы смотрим друг другу в глаза, и от этого кажемся ближе. Просто мой член сейчас погружен во влажное тепло.

Я не надел презерватив.

– Детка. – Я издаю стон, схватив ее за бедра, чтобы остановить, и напоминаю: – Презерватив.

Бренна испуганно застывает. И я знаю, как это важно для нее, потому что она никогда про них не забывает. А после ее признания, я еще и понимаю, почему.

– Я на таблетках, – говорит Бренна, и вдруг на ее лице появляется застенчивое выражение.

 – Я дважды в год сдаю анализы. Последние результаты показали, что у меня все хорошо…

В воздухе повисает незаданный вопрос.

– У меня тоже, – хрипло говорю я.

– Тогда, может, нам… – Она сглатывает. – Продолжать?

Мой пульс учащается.

Бренна медленно кивает.

– Да. Просто вытащи его перед самым концом, не против?

Позволить мне оказаться в ней вот так – это самый прекрасный подарок. А моя мама всегда говорила, что дареному коню в зубы не смотрят.

– Конечно, не против.

Я перекатываюсь, и теперь Бренна лежит подо мной, ее темные волосы веером разметались по подушке. Господи, как она красива!

Не знаю, когда боги секса без презерватива снова осчастливят меня, и поэтому стараюсь продлить эти бесподобные ощущения как можно дольше. Я трахаю ее невероятно медленно. Мои бедра двигаются в ленивом ритме, как и мой язык, который проскальзывает в ее приоткрытые губы. Мы целуемся и трахаемся и снова целуемся, и время, кажется, тянется бесконечно.

Но вскоре становится уже невыносимо.

Я утыкаюсь лицом в изгиб шеи Бренны, целуя ее. Она сжимает мои ягодицы и поднимает бедра, чтобы встретить мои толчки. Когда я наконец увеличиваю темп, мы уже оба стонем от нетерпения.

– Боже, какие мы властные!

– Быстрее! – рычит Бренна.

– Я тебе не секс-игрушка, Дженсен. Я не трахаюсь по команде.

– Не будь ребенком! Ты собираешься дать нам кончить или как?

Мне нравится, что она говорит «нам», а не «мне». Бренна совсем не эгоистична в постели. Она не лежит, как морская звезда, заставляя меня делать всю работу, в отличие от многих женщин, которые были у меня в прошлом.

Бренна предпочитает равное участие, и мне это нравится.

Я с притворной серьезностью смотрю на нее.

– Так и быть, прощу тебе твое нахальство. Но только в этот раз.

И я начинаю трахать ее до тех пор, пока мы оба не кончаем.

Потом мы лежим на спинах, голые, и я, даже не глядя на Бренну, могу сказать, что ее настроение поменялось. От нее исходит напряжение.