Риск

Нашел закусочную и заказал себе на завтрак самую большую, самую калорийную порцию. Потом вдруг понял, что забыл дома свой телефон, но он мне все равно не нужен. Сегодня для меня в мире существует только предстоящий матч. Мы выиграем его и приблизимся к победе в «Ледяной четверке». Давление такое сильное, что слабый человек давно бы прогнулся. Но не я. Пусть я дал слабину в отношениях с Бренной, но, когда дело касается хоккея, я могу вынести что угодно. Так было всегда, и так всегда будет.

По коридору разносятся громкие шаги.

Сначала я думаю, что моя команда приехала пораньше, но потом слышу звуки борьбы. Снова шаги, удар и разъяренный мужской крик.

– Я же сказал, вам туда нельзя!

– Нам нужна одна минута, – настойчиво говорит другой голос. – Нет, серьезно, что, как вы думаете, мы будем там делать? Убьем парня?

Я не узнаю второй голос. Ну а первый, судя по всему, принадлежит охраннику.

– Прости, парень, но нет. Я не могу вас туда впустить.

– Давай, Холлис, – вмешивается третий голос, – найдем его потом.

Холлис? Майк Холлис?

Я вскакиваю со скамьи, бегу к двери и, распахивая ее, говорю:

– Погодите. Все нормально. Я их знаю.

Охранник бросает на меня ястребиный взгляд.

– Здесь никого не должно быть!

– Это ненадолго, – заверяю я его. – Две минуты максимум.

Он отступает в сторону.

Через несколько секунд я стою в раздевалке в компании двух человек, которых ожидал увидеть меньше всего. Майк Холлис скрестил руки на широкой груди. Колин Фитцджеральд более спокоен, его руки висят вдоль туловища.

Из треугольного выреза и из-под закатанных рукавов его футболки виднеются татуировки. Да этот парень весь в них!

– Откуда вы узнали, что я здесь? – спрашиваю я хоккеистов Брайара.

– Ваш гун нам сказал, – отвечает Холлис.

– Уэстон, – ухмыляясь, поясняет Фитцджеральд. – Моя девушка, Саммер, списалась с ним.

– Мы закончили со светской беседой? – вежливо спрашивает Холлис.

Я едва сдерживаю смех. Они как хороший коп и плохой коп.

– Да, думаю, с ней мы закончили. – Я делаю грациозный жест рукой.

 – Зачем вы пришли?

– Чтобы вбить в тебя чуть-чуть здравого смысла.

– Прошу, только не приплетай к этому меня, – возражает Фитцджеральд. – Я просто подвез тебя сюда.

Холлис сердито смотрит на своего товарища по команде.

– Хочешь сказать, тебе плевать на то, что он разбил сердце Дженсен?

Я втягиваю в себя воздух. Я разбил ей сердце? Она сама им так сказала?

Холлис снова разворачивается ко мне.

– Во-первых, она сногсшибательно красива. Да омерзения красива.