Ник жаждал убраться из комнаты, прежде чем он схватит Лорен, швырнет на постель и снова вонзится в жаркое тело. Ей хотелось уйти как можно скорее, пока слезы снова не польются ручьем.
Молчание было почти ощутимым. Напряженное, неловкое. Всю дорогу Лорен, отвернувшись, смотрела в окно. И гадала, о чем он думает. Но не смела спросить.
Ник мысленно проклинал себя. Ну и подонок! Разве порядочный человек воспользуется беспомощным положением девушки да еще к тому же сестры лучшего друга?! Извращенец! Грязный ублюдок! Что подумает про него Томми?
Сожаления? Черт побери, это не то слово!
И все же Ник отчетливо сознавал, что, задержись они в мотеле еще на пять минут, все началось бы сначала.
Они остановились у придорожного торгового центра и затратили полчаса на покупки. Лорен переоделась на автозаправке, пока Ник покупал в автомате диет-колу. Теперь на ней красовалась клетчатая розовая с белым блузка за семь долларов и «вареные» голубые пятнадцатидолларовые джинсы, но даже эти дешевые тряпки выглядели на ней, как работы лучших дизайнеров.
Ткань подчеркивала и обнимала соблазнительные изгибы изящного тела, и Нику пришлось отвести глаза, пока сердце не перестало лихорадочно биться.
«Гнусь! – ругал он себя. – Я хуже любой гнуси».
Но тут он снова поднял голову и обнаружил, что темно-каштановые волосы отливают на солнце медью. И вспомнил легкое прикосновение этих мягких локонов, когда Лорен нагибалась над ним.
Поняв, что с ним творится, Ник дернулся и снова выругал себя: «Свинья!»
Лорен направилась к машине грациозным скользящим шагом.
Ник, не сводя с нее алчного взгляда, протянул банку с колой и нахмурился, словно она совершила что-то непотребное. Он уже хотел заговорить, но сдержался, сел за руль и следующие двадцать миль угрюмо молчал. Но, как ни пытался сосредоточиться на дороге и других неотложных делах, непрерывно косился на девушку. У нее сексапильнейший рот в мире, и при мысли о том, что она выделывала этим самым ртом, внутренности Ника скручивались пружиной, а возникающие в мозгу образы казались невыносимо соблазнительными.
– Черт!
– Прости, ты о чем?
– Не важно.
– Пит уже звонил тебе?
– Что? – прорычал он.
Кажется, сегодня Ник не в лучшем настроении. Злой, как голодный пес.
Лорен спокойно повторила вопрос.
– Нет, – буркнул он. – Я уже говорил, он летит в Хьюстон. Самолет приземлится не раньше чем через час.
– Нет, не говорил.
– Значит, показалось, – пожал он плечами. Дорога свернула на восток. Слепящее солнце било в ветровое стекло.
