– Повторяю, держи рот на замке. Конечно, ты считаешь, будто предал его, но…
– Разумеется, предал, – перебил Ник, – Черт побери, он мне верил!
Дорога впереди была пустынной, так что Ник свернул к обочине.
– Понимаю, что тебе будет немного неловко, но ты сумеешь с этим справиться, – продолжал Ник.
Лорен не верила ушам. Неужели они действительно ведут подобную беседу?!
– Ник, брат просил позаботиться о моей безопасности, что ты и делаешь. При чем туг прошлая ночь?
Искреннее изумление сменилось гневом и смущением Лорен так расстроилась, что на глазах выступили слезы.
Ну нет, она скорее умрет, чем снова расплачется перед ним.
– Я не сделала ничего такого, чего следует стыдиться, – бросила она. – И ты обещал, что никаких сожалений не будет.
– Значит, солгал.
Лорен пронзила его негодующим взглядом. Но Ник совершенно не к месту подумал о том, как она прекрасна, когда сердится. Он не удивился бы, если бы из ее глаз вылетело пламя.
– Я хотел пойти к исповеди, – признался Ник, – но представил, как сквозь решетку вылетает кулак Томми, и посчитал, что так нехорошо.
Придется сказать ему с глазу на глаз.
Лорен поднесла руку ко лбу, словно стараясь унять боль.
– Почему именно к Томми? Исповедайся другому священнику.
– Не закусывай удила.
– В чем твоя вина? – закричала она. – Это я соблазнила тебя.
– Ничего подобного.
– Конечно, я!
– Ладно. Объясни, каким это образом.
– Вызвала к себе жалость. Рыдала. Ник закатил глаза.
– Понятно. Значит, я занимался с тобой любовью из жалости? Именно так тебе кажется?
Лорен уже серьезно подумывала выскочить из машины и отправиться в город пешком.
– Позволь мне кое о чем спросить, – прошептала она, пытаясь заставить Ника понять всю абсурдность его поведения. – Ты ведь спал с другими женщинами, верно?
– Допустим. Тебе нужно точное количество?
– Нет, – возразила девушка. – Хочу знать, что происходило наутро? Ты чувствовал себя обязанным признаться во всем их мамашам?
– Нет, естественно, – рассмеялся Ник.
– Тогда в чем дело?
– Я уже объяснил, детка.
Ты совсем иная.
Лорен сложила руки на груди и уставилась перед собой.
– Я не желаю больше говорить на эту тему.
– Лорен, посмотри на меня. Что, если я тебе пообещаю одну вещь?
– К чему трудиться? Ты никогда не держишь слова.
– Глупо требовать от меня, чтобы я клялся, будто не стану сожалеть, так что это не считается. Но эту клятву я сдержу. Если он не спросит, я тоже не стану выскакивать вперед. Скажем, дня два. Так что успеешь прийти в себя.
