Мишель поправила вуаль и стиснула руку подруги.
– Ну вот, я готова. Идем. Лорен, не забудь мою цепочку.
– Хорошо, что напомнила! – отозвалась Лорен. Мишель подарила всем свадебным подружкам одинаковые изящные золотые цепочки. Застегнуть украшение удалось лишь с третьей попытки. Лорен едва хватило времени вдеть в уши бриллиантовые сережки. Осталось надеть обручальное кольцо. Она вытянула руку, в который раз любуясь сверкающим камнем. Но предательские слезы застлали глаза. Сердце болело так, словно вот-вот разорвется.
Может, лучше отдать кольцо Нику? Нет, она подождет конца свадебного приема. Потом вернет кольцо и попрощается.
Господи, как ей пройти через это? Ведь она любит его! Он ворвался в ее жизнь и все изменил, заставил Лорен открыть сердце окружающему миру и всем его радостям и горестям.
И вот теперь ей предстоит провести остаток дней без него!
Лорен посмотрелась в зеркало и медленно расправила плечи. Да, ее сердце будет разбито, но она выживет. Одна. Снова одна.
Глава 34
В церкви яблоку негде было упасть.
Должно быть, весь город пригласили на свадьбу. По крайней мере так показалось Нику. Он стоял в глубине церкви, наблюдая, как в двери вливается людской поток. Некоторые пытались подняться на хоры, но чугунные двери были заперты, и висевшая на затейливом завитке записка гласила: «Вход воспрещен».
Служки просили гостей продвинуться вперед, чтобы дать место остальным. Мать невесты пропустили в первый ряд. Ник пытался не лезть на глаза, тем более что Лорен вместе с остальными подружками стояла под галереей.
Правда, невесты нигде не было видно. Лорен встретилась взглядом с Ником, нерешительно улыбнулась и отошла.
Отец Мишель прикрыл одну створку парадных дверей, чтобы никто не смотрел на свадебную процессию. Сам он стоял наготове, ожидая, пока священник выйдет из ризницы и проследует к алтарю. Бедняга был вне себя от тревоги, опасаясь, что перепутает затверженные инструкции или наступит на подол платья дочери и та потеряет равновесие. Через несколько минут он навсегда отдаст родную дочь в руки чужого мужчины!
Он сунул руку в жилетный карман взятого напрокат смокинга и вытащил смятый платок.
И, уже вытирая лоб, вспомнил О сестрах Вандермен.
– О Боже! – громко прошептал он.
Дочь обернулась и увидела растерянное лицо отца.
– Что с тобой, папа? Кто-то лишился чувств?
– Я забыл о сестрах Вандермен!
– Поздно, папа, свадьба начинается.
Отец в отчаянии огляделся, заметил Ника и схватил его за руку.
