— а если бы я снова сказала ""нет""?
— Тогда бы просто признался в любви, взвалил на плечи и силком утащил в тень. Ты бы брыкалась, сопротивлялась, обзывала меня мерзавцем. В ответ я бы воровал из столовой самые вкусные котлетки, задабривал тебя подарками и демонстрировал, какой я положительный со всех сторон. Тебе стало бы стыдно меня не любить, и ты ответила на мои чувства.
— Ты в этом так уверен? — я уже пожалела, что так легко на эти тени согласилась. Там такая программа моего покорения была с котлетами и соблазнением.
— Естественно, — Хаул легко пожал плечами. — Мы созданы друг для друга. Я с того момента, как ощутил твоё прикосновение, ночи не сплю — все представляю тебя в своей постели под своим любимым одеялом. Как ты там спишь одна и без меня!
На меня нахлынуло легкое смущение. Я-то тоже засыпала под желтым пледом, вспоминая, что он принадлежит одному обаятельному и такому притяжательному жнецу.
— Но все же, почему ты так отреагировала бурно на мое призвание? Ты так не хотела за меня замуж? Это было обидно, Ирина, — Хаул все-таки вернул разговор в это русло.
Видимо, его и, правда, задело мое возмущение. Здесь я ощущала свою вину. Сдержанней мне нужно быть.
— Хотела, Хаул, — тихо прошептала я, придвинувшись к мужчине и приподняв голову, чтобы дотянуться до его уха, — но я не люблю, когда мне врут. Обманывают там, где можно было сказать правду. Я ведь действительно поверила в помолвку. Уже планы построила: год встречаемся, привыкаем друг к другу, потом брак. У нас, в моем мире, так, как у вас, дела не делаются.
Я все еще живу законами своего мира. Сложно мне отбросить разом почти три десятка лет жизни и быстро адаптироваться к вашей реальности. Поэтому, Хаул, я прошу — не делай так больше. Я все пойму, ты мне не безразличен и мне очень жаль, что я расстроила тебя. Я не хотела. И здесь устраивать разборки не стоило. Но твоё признание, как снег на голову летним днем. Это было неожиданностью. Полной."
"— Я не буду больше умалчивать о чем-либо, я обещаю, — тихо шепнул Хаул и поцеловал меня, не заботясь о том, что на нас уже откровенно пялилась половина присутствующих.
— Свидание в силе?
— Конечно! С тобой хоть на край света. Но сейчас мы привлекаем к себе много внимания, — тихо выдохнула я и попыталась сесть ровно.
— И что с того? Я храмовник. Мне вообще дела нет до их возни. Я здесь, чтобы контролировать их работу, а не заглядывать им в глазки. Ты моя жена и вообще вне досягаемости. Хоть на столе тут спляши, вякнуть не посмеют.
