Ритуал последней брачной ночи

Хотела бы я взглянуть на римскую волчицу, на моих глазах превратившую в фарш этот замороженный кусок мужского филе!

Филипп положил трубку и снова уставился на меня.

— Простите. Это жена. Беспокоится…

— Понимаю, — сказала я, хотя не понимала ровным счетом ничего. При его росте, внешности и идеальном разлете бровей ютиться под каблуком у какой-то склочной дуры… Просто бред какой-то! К тому же она его не кормит, судя по всему: не станет же нормальный мужик, выйдя из дома, бросаться в первую попавшуюся точку общепита!.

— Очень ранимое существо, — хрюкнул Филя.

— Моя жена. — Похоже, он до сих пор находился под впечатлением разговора с ней. — На чем мы остановились?

— На вашей покойной сестре, — допустила бестактность я и тотчас же попыталась исправиться:

— Вы сказали, что Олев Киви был женат на вашей покойной сестре…

— Я не очень хорошо его знал… И вообще… Этот брак показался мне скоропалительным.

Теперь это неважно, Филя. И он, и она — мертвы. Брак оказался не скоропалительным, а скоропостижным…

— Подождите, — сразу же насторожился Филипп.

— Мне показалась, что в их уходе есть трагическая закономерность…

— Да? — неожиданно разволновался брат покойной.

— Убийства с промежутком чуть больше года. Мне кажется, что причины смерти Киви кроются в убийстве его жены.

Филипп поднялся, снова сел, ухватил себя за нос, потянулся к чайнику, отодвинул ящик стола, задвинул его и только потом решился поставить меня на место.

— Я не хочу это обсуждать.

— Но вы же умный человек, — польстила Филиппу я. — Вы должны понимать, что дело Аллы Кодриной не раскрыто. А теперь еще и убийство ее мужа. У следствия могут возникнуть вопросы… Дополнительные вопросы.

По виску Филиппа поползла предательская капля.

— Вы имеете какое-то отношение к следствию? — выдохнул он.

— Я согласился встретиться с вами только потому, что меня попросил об этом Сергей… И мы договорились с ним: никаких вопросов о сестре.

— Хорошо, — сразу же пошла на попятный я. — Никаких. Вы общались с Олевом Киви после того, как… Вы общались с ним в последний год?

— Нет, — Филиппу наконец-то удалось взять себя в руки. — Мы не общались с ним. Он тоже не выказывал к нам никакого интереса.

Тема разговора стремительно исчерпывалась, на имя Аллы Кодриной было наложено табу: о чем спрашивать Филиппа дальше, я не знала. Но он сам пришел мне на помощь.