Ритуал последней брачной ночи

 — И пришла к одному неутешительному выводу. Возможно, я убрала не того человека.

Эта реплика произвела на Сергуню магическое действие. То, что он испытывал ко мне сейчас, легко подпадало под категорию «роковое влечение».

— Ты уверена? — Мысленно он уже снял с меня все тряпки и добрался до кожи.

— Все может быть. Так ты достанешь мне список постояльцев?

— Как можно скорее. Завтра. То есть сегодня…

— Попробую сегодня. Что-нибудь еще?

— Да. Ты говорил, что консьержка на Суворовском запомнила время моего визита… А что, кроме меня, никто больше не появлялся?

— В это время — нет.

Кроме домработницы Дремова, естественно.

Интересное кино. В течение как минимум получаса я была единственной посетительницей. А что тогда делать с работающим лифтом? Кто-то же в нем спускался? Или жильцы дома уже вне подозрений?

Жильцы дома. Бесперспективно. Соседи, в закрытых кондоминиумах не станут резать друг друга, как кур. А посторонний мог уйти и по крыше. И через мансардное окно.

Я прикрыла глаза и попыталась восстановить свою вахту у мансардных окон. Пальма, попугай Старый Тоомас, мертвый Стас, лежащий на кровати… Мансардные окна были закрыты изнутри. Теперь я вспомнила это. Мансардные окна были закрыты, а у Стаса был кондиционер.

Но крышей убийца мог воспользоваться только в том случае, если знал, где лежит ключ от чердака. Не думаю, чтобы Стас посвятил его в это за несколько минут до смерти. Следовательно, если не произошло ничего сверхъестественного, он покинул квартиру через дверь.

И растворился где-то между этажами…

— Может быть, старуха-консьержка просто не сочла нужным сообщать о выходивших жильцах? Может, она просто забыла об этом?

— Такие старухи никогда и ничего не забывают, — сказал Сергуня. — А ты что, пытаешься скроить себе алиби?

— Я пытаюсь понять, кому еще понадобился Стас. Кроме меня.

— За ним шла охота? — с почтением спросил Сергуня.

— Скажем, им интересовались.

Я надолго замолчала. Древнейшая профессия научила меня угадывать желания клиента.

Вот и сейчас я продолжаю жить по ее принципам. Я говорю репортеру то, что он хочет услышать. Главное — не перегнуть палку и не взять на себя еще несколько преступлений, включая убийство Джона Леннона и Индиры Ганди.

Пока я размышляла над этим, Сергуня снова отправился в ванную.

Пора укладываться. Когда он вернется, я должна мирно спать — только так можно избежать очередной серии вопросов.