Ритуал (СИ)

Сделали вид, что отсылают Наследников в Столицу, прямо под нос Управлению и Запретному городу, — Бутч тихо хмыкнул. — И личную Гранолу младшему сосунку в качестве подарка.

— Сместить фокус внимания.

Таджо тихо скрипнул зубами. Едва заметная тонкая полоска давно зажившего шрама под лопаткой внезапно зазудела. Среди светских развлечений пресыщенной знати, Гранолу Шахрейн не любил особенно.

— Пойдут через горы? Самоубийство.

— Два мага земли уровня трибуна, два воздушника, и это не считая мелочевки. Горы чистые — горцев прижали, пары декад им хватит.

— Значит, с Фейу не договорились, а Глава Хэсау в деле.

— Фейу осторожничают, глядя на Тиров и предпочтут подождать, — Бутч сделал внес на карту новую крайне скудную информацию из сегодняшних донесений и тщательно свернул свиток.

С Хейли тоже всё было неправильно, не так, как должно быть. Глава рода не шел на контакт, не обивал порогов, не давал взяток и не слал даров в канцелярию. Он — устранился. Да, небольшие движения были — перевод активов в кристаллы, консервация шахт по причине отработки, но в остальном Хейли вели себя, как обычно, как будто ничего не происходит.

Бутч не понимал решительно ничего и это ему не нравилось. Все идеи и мысли в головах клановцев Хейли представляли собой причудливую смесь из обрывков мифов, страхов и пустых слухов.

Единственная идея, которая объясняла бы всё — у них получилось. Ашту тряхнул головой, отгоняя глупые мысли. Просто невозможно. «Исходники» мутят воду сотни зим, и будут продолжать дальше.

Пусть религиозные фанатики верят и проповедуют второй Исход — он будет просто искать дальше.

Руки тряслись. Старческие, сморщенные, покрытые рыжеватыми пигментными пятнами, они выдавали возраст. Руки женщины, которой гораздо больше лет, чем на самом деле.

— Ну что, Фелс, — леди Фелисити, чуть подрагивающими пальцами поправила локон у лба и тонкую витую цепочку на шее, потянулась к трости и, кряхтя, заковыляла к сундуку, который отпирался только по оттиску личной силы.

 — Доживем или не доживем…., — сундучок открылся с негромким хлопком, загремели, задребезжав, склянки и фиалы. Один флакон с серебристым содержимым леди Фелисити долго качала на свету — жидкости оставалось на донышке, но ей хватит. За нарушение клятв всегда приходится платить.

Булькнуло, она привычно поморщилась, спрятав нос в широкий рукав, икнула, и сразу порозовела — заалели щеки, расправилась немного кожа, выпрямилась и перестала болеть спина.