Ритуал (СИ)

Это значило, что дальше время на празднике было только моим — мы договаривались, но упертый Каро решительно следовал сзади, молча, отстав на пару шагов — настоял проводить хотя бы площади.

Следующий ход за Аю — назначить время и место. Я сделаю свою часть работы, и пусть ловят своих сумасшедших старух, которые решили проводит ритуал почти под самый канун зимы.

Никого из менталистов видеть не хотелось. И Бутча особенно. Исключения всегда только подтверждают правила — верить нельзя никому. Даже когда очень хочется.

Ликас вынырнул из толпы на площади внезапно, подрезав на повороте пышнотелую румяную мистрис. Сунул мне в руки засахаренный боярышник и пристроился рядом. — Я просил держаться подальше от столичного магистра.

Я раздумывала пару мгновений, но подношение приняла.

— Плохой вечер? — Ликас вздохнул, расправились и опустились плечи, взъерошил короткий ежик волос, который уже припорошил снег — капюшон он снял и кивнул сам себе. — Очень плохой…

— Средне, — поправила я совершенно серьезно.

Я привстала на носочки и покружилась перед Ликасом.

— Правда красиво? Пешки из рода Блау сегодня выглядят именно так. Дорого.

— Роскошно, — вполголоса поправил меня Наставник. — Слишком роскошно для Совета, нужно переодеться….

Я захохотала. В голос, откинув назад голову и смаргивая слезы.

— Идемте, Наставник, — игра на новом поле? — Ведь пешку следует переодеть.

— Что вы пили на приеме?

— Чай, — я покачала перед носом Ликаса правой рукой — камень в кольце — определителе ядов и добавок, оставался прозрачным, как слеза. Наставник наклонил голову набок, оценивая меня, и свет от уличного фонаря падал сбоку, и тени ложились строгими мазками — Фей впечатлилась бы. — Отец ревновал, правда? Вы очень красивый, Наставник, и всегда рядом с мамой, — пояснила я.

— Пили, — констатировал Ликас обреченно.

— Говорите то, что думаете, а думать вам несвойственно, — выдохнул он облачко белого пара. — Надеюсь, эффект временный.

— Надеюсь, эффект постоянный, — щелкнули кольца, и несколько плетений взвились в небо с пронзительным свистом, рассекая пополам красные фонари, которые не успели подняться слишком высоко. Где-то вскрикнули и загомонили, обрывки алой бумаги и обломки реек планировали вниз, спускаясь по окружности. — Всегда хотела это сделать.