Ритуал (СИ)

 — И для чего отправлять сладости, к которым ты точно никогда не прикоснешься? Чтобы ты точно их не ела! Идиотка!

Спереди резко вспыхнуло над крышами — иллюзия была слишком яркой, я охнула, но Ликас успел быстрее — прикрыв мои глаза широкой ладонью.

— Решай сейчас. Или идти в табор просто не имеет смысла. Решай, Вайю. Веришь мне или нет, — Наставник отпустил плечи и подтолкнул в спину, давая свободу. — Решай сейчас.

Я смотрела в темные, знакомые с детства глаза с прищуром, надежные руки с шершавыми мозолями, сложенные на груди, широкие плечи, которые уже припорошило снегом.

Я отвернулась от Ликаса и пошла прочь, снег похрустывал под ногами. Дошла до сугроба, в который выкинула недоеденную палочку с засахаренными ягодами, и шагнула, утонув почти по пояс в снегу. Шарить пришлось недолго — моя потеря лежала не глубоко.

Отряхнула налипший снег и сунула в рот, чтобы стаяли льдинки.

Ликас так и стоял на том же месте, сложив руки руки на груди, неотрывно глядя на меня. Только линия плеч стала почти каменной.

Я протанцевала обратно, привстала на носочки и со всей силы хлопнула Наставника по предплечью по старому легионерскому обычаю, заглянула в глаза и улыбнулась.

— Верю. — Я выдохнула, и ягоды внезапно стали очень сладкими, и дышать стало легче.

Я пожала плечами и помахала палочкой перед носом Ликаса, откусила немного и смачно захрустела.

— А кому ещё тогда можно верить?

Аларийки крутили меня из стороны в сторону, заканчивая наводить лоск, и в этом аллари превзошли Райдо на голову.

Продумано было все до мельчайших деталей, нижняя сорочка и та по вороту была отделана традиционной аларийской вышивкой. Алая длинная юбка и две косы с тесемочками по таборному обычаю. Если бы не цвет кожи, рост и тонкая кость — вылитая аларийка.

Я крутилась безропотно, наклоняла голову, подавала руку, позволяя подгонять размеры вживую, и не протестовала, боясь пропустить хоть слово — слишком интересные вещи говорил Наставник.

Горцев предупреждали трижды — Ликас вздыхает устало, морщится, но юношеский максимализм требует жертв.

Юнцы искали ответы и нашли то, что не должны.

Их бы убрали в любом случае — вопрос времени. Свои же, поясняет Ликас уверенно. Отступники не нужны никому, а они нарушили законы горской общины. И наказание только одно — смерть.

Горцы — опасны, — повторяет мне Наставник в который раз. Не приближаться, не лезть, не встречаться.

Вопрос, почему сгорела «Капель» Ликас проигнорировал, зато выспросил всё про всплеск — и нахмурился.