Ритуал (СИ)

Иду. В школу, — я подцепила пальцем вторую цепочку на шее и чуть приподняла вверх. Все мы знаем, у кого печать Главы.

— Ты не посмеешь, — Аксель на мгновение замер ошеломленно. — Ты не посмеешь использовать против меня печать…

— Я собралась. И сегодня я иду в Школу.

— В дом! Немедленно, — рявкнул он на весь задний двор так, что с черепицы вверх вспорхнули редкие птицы и замерли, притихнув слуги. — Ты наказана и сидишь дома.

Я отступила на шаг, покачав головой. Сзади кто-то ахнул.

Аксель мне не простит. Авторитет — это авторитет, Наследник — это Наследник, могут быть разногласия внутри Семьи, но никто не выносит мусор на улицу.

Но бить Данда — это путь в бездну. Дядя его не простит. И мне надо в Школу…

— В дом, Аксель, — приказала я беззвучно, направив толику силы в печать. Под нижней рубашкой потеплело. — Это Приказ.

Аксель зажмурил глаза, выдохнул и дернулся, развернувшись к дому. С совершенно спиной прямой спиной и каменной линией плеч, стиснув кулаки так, что побелели костяшки.

Он шагал молча, в гробовом молчании.

И я знала, что он простит, но… когда-нибудь потом. Если вообще простит.

— Отправь Вестник дяде… спроси…, — бросила я ему в спину, когда он уже поднимался по ступенькам. Акс вскинул правую руку вверх с оттопыренным средним пальцем, посылая меня за Грань. — … он объяснит…, — закончила я шепотом.

В такие моменты я ненавидела Блау. Всех мужиков Блау. Хоть бы один был мягким, уступчивым и неконфликтным, хоть бы один попытался найти компромисс, перед тем, как задавить всех окружающих… и семью в том числе.

Я прокашлялась и с трудом сглотнула — слюна внезапно стала очень вязкой. Развернулась к Данду и натянула улыбку на лицо, вышло не сразу — со второй попытки.

— Добро пожаловать к Блау, сир Дандалион. Ясного утра.

Данд молчал, и сверлил меня изподлобья темными глазами. Так знакомо.

Я с трудом удержалась, чтобы не кинуться вперед и не потискать его — медвежонок. Дяди Хэсау всегда шутили, что похожий на тощего столичного хлыща жилистый Кастус просто не мог произвести на свет широкоплечего, коренастого и основательного Данда.

Тот был юной копией Бера. Большой медведь и маленький медведь, взрослый мишка и… медвежонок Данд.

Йок шагнул вперед и с коротким поклоном протянул скрепленную печатью Хэсау свиток.

Аксель даже не посмотрел? Уф-ф-ф!

— Предлагаю позавтракать, и после обсудить все вопросы, — я забрала свиток и развернулась к дому. Беззубая старуха Хэсау сверлила меня бусинами глаз, выступив из-за спин охраны, которая сопровождала их.