– Да я не это хотела сказать… просто как-то странно слышать это от тебя! Я думала…
Действительно, что я думала? Не знаю что, но в словах и мыслях запуталась окончательно."
"– Ты думала, что глупая Ксеня навсегда останется ребенком? – спросила она.
Я оторопело ее рассматривала. А ведь и правда – когда Ксеня успела повзрослеть? Те же каштановые кудри, те же глаза с рыжинкой и легкая россыпь веснушек, но взгляд совсем взрослый, чуть грустный. Она печально улыбнулась.
– Какая разница, что я чувствую к лорду Дарреллу? Он меня и не видит.
Как и всех остальных в приюте.
– Почему?
– Почему? Ты что, правда не понимаешь? – мрачно спросила Ксеня.
– Да чего же?
– Того… того, что лорд Даррелл видит только тебя!
Я уставилась на подругу с искренним изумлением, хотела даже рассмеяться, но, посмотрев ей в лицо – не стала. И еще я почувствовала себя виноватой. Хотя вроде бы не за что.
– Глупости какие! Да с чего ты взяла, Ксеня?
– С того, что я вижу, как он на тебя смотрит! Как старается прикоснуться. Оберегает.
Только ты со своей… отстраненностью и способна этого не замечать! Даже эти платья, – она мрачно кивнула на синюю ткань, – не для нас он наряд выбирал. Для тебя. Точно под цвет твоих глаз.
Я смотрела на нее чуть ли не с ужасом. К горлу подкатил ком, как тогда, в разговоре с Рогнедой. И привычно захотелось сбежать.
– Ксеня, – твердо сказала я, – ты сошла с ума. Между мной и лордом Дарреллом ничего нет и быть не может. Не понимаю, что на тебя нашло.
Ксеня вспыхнула, вскочила:
– И не понимай.
Ты же, кроме себя, никого вокруг и не видишь! Как же, у тебя Сила, у тебя Аргард, все вокруг тебя крутятся. Куда уж тут понять глупости, которые мелет пустышка Ксеня!
И вылетела из комнаты, оставив меня сидеть с открытым ртом.
* * *В трапезную я не пошла. Просто сил не было видеть лица воспитанниц, наставниц. Мирные разговоры, сетование на нудные занятия, планы на дальнейшую жизнь… все пустое. Я не могла себя заставить окунуться во все это. Когда раздался звон колокола, извещая о начале уроков, я потихоньку выползла из своей комнаты и по стеночке побрела в сторону трапезной, надеясь, что все воспитанницы уже в ученической.
Разговор с Ксеней оставил внутри чувство глухой растерянности и непонимания.
Хвала Матери, в трапезной было пусто. Только дневальщица убирала со столов да Авдотья хлопотала у остатков обеда.
– Ветряна! – всплеснула она руками. – Ты почему не пришла обедать? Что-то с тобой, девочка, неладное творится, уж мне-то видно.
