– Вы обвиняетесь в незаконном применении магии… и должны быть… сопровождены… задержаны…
Я отряхнула платье от налипшего мусора, пригладила распущенные волосы и неторопливо к ним подошла. Они вздрогнули и закрылись щитами. Я подождала, пока стражники успокоятся и решатся выглянуть. Все так же закрываясь щитами и держась на почтительном расстоянии, они окружили меня и повели.
Так мы и дошли до городской темницы. На место боли медленно приходила опустошенность. Сила закончилась, исчерпалась, но я вспоминала маленькую саламандру и парящего в небе дракона и улыбалась.
Полный тюремщик от моей улыбки дернулся и спрятался за дубовым столом. Так что в тесное помещение, огороженное железными решетками, мне пришлось войти самой. И пока он бубнил что-то про «применение магии… бесчинства и разрушения… уничтожение городской стены… непоправимый ущерб городу…» и все в том же духе, я улеглась на тюфяк, подтянула коленки к груди и уснула.
В конце концов, обвинения я могу выслушать и попозже!
* * *Проснулась через пару часов и немножко полежала, рассматривая сырую стену.
Потом встала и потрясла головой.
– Пить хочу, – объявила я.
Тюремщик торопливо протянул мне кружку воды, и я с наслаждением напилась.
– Госпожа, там это, – испуганно пробормотал мужчина, – к дознавателю вас!"
"Я кивнула, и он поспешно потянул дверь темницы, выпуская меня. И вздохнул с облегчением, когда я ушла, снова окруженная вооруженными стражниками. Меня провели в большое помещение с массивным столом у окна и плюгавеньким мужичонкой в бархатном кресле.
Я с любопытством рассмотрела его ауру. Маг. Слабенький. Стражи выстроились у стены, старательно пряча от меня глаза.
Я остановилась в центре помещения. Плюгавенький подскочил, суетливо схватил со стола длинный свиток и принялся зачитывать список обвинений. Он был внушительным, надо сказать. Я даже заслушалась. Закончив чтение, дознаватель опасливо скосил на меня глаза, переглянулся со стражами и закончил:
– По указу нашего достопочтимого градоначальника господина Хрунта за все учиненные бесчинства и разрушения, а также применение запрещенной магии обвиняемая подлежит сожжению на костре с последующим развеянием праха по ветру…
Все посмотрели на меня.
Я задумалась, осмысливая услышанное и пытаясь понять, как я к этому отношусь. Хм…
Дверь не открылась, она просто отлетела в сторону. Стражники ощетинились мечами и копьями, но Арххаррион на них даже не глянул. Спокойно подошел ко мне, осмотрел, словно ища на мне смертельные раны, и кивнул.
