Чувство юмора помогает правильно воспринимать жизненные испытания, когда над ними смеешься, они не врастают, не впиваются корнями в жизнь человека, а проходят по касательной, не задевая жизненно важные сферы. Я просто всю жизнь прожила в ожидании любви, спасаясь чувством юмора.
– И что? Вы совсем одиноки? У вас нет даже подруг? – спросил Фома, подбросив дров в кострище."
"– Нет, я не одинока, у меня есть прекрасные родители. А с подругами, знаете, какая история получается, сначала вы так дружите, что не в силах даже дня друг без друга прожить.
Каждую минуту созваниваетесь, делитесь нарядами и секретами, в итоге они знают про тебя больше, чем ты сам. Кажется, роднее и ближе человека на всем белом свете нет, да и не будет уже никогда. Но только на горизонте появляется мужчина, все меняется, звонки становятся реже, поздравления суше. И вот в один прекрасный день вы проходите мимо, лишь слегка махнув головой, недоумевая, как этот, когда-то почти родной, человек стал абсолютно чужим, – Маня замолчала, будто вспоминая что-то.
– Так случилось и у вас? – спросил Фома, возвращая ее в разговор.
– Нас было пятеро, пять подружек-веселушек, сначала встречались как раньше, только темы разговора стали другими. Как их чадо покушало, как покакало, как вчера напился муж и потом извинялся весь день. Ушла легкость, ушел беспричинный, но очень искренний смех, ушли лирические стихи под бутылочку дешёвого полусладкого. Песни, в конце концов, когда душа уже растереблена стихами и шампанским и очень хочется вылить все это наружу, тогда подключались песни, не важно, какие, главное, чтоб про любовь и израненную женскую душу.
Посиделки, которые можно было сравнить с литературными вечерами, превратились в обсуждения быта. Они потеряли магию, они перестали давать ощущение особенности каждой из нас, они стали нас тяготить. Самые честные отдалились первыми, не захотели врать ни себе, ни нам. Я же была самой слабой и до последнего симулировала, делая вид, что все по-прежнему. Но позже я поняла, что просто необходимо разойтись, чтоб память запечатлела только лучшие моменты дружбы.
После можно жить этими воспоминаниями, прокручивая в голове только радость от встречи и не зная агонию дружбы.
– Грустно как-то сразу стало, – сказал Фома. – Прочтите мне лучше что-нибудь из своего, сменим тему.
Маня немного растерялась, ее уже давно никто не просил прочитать стихи, но подходящая обстановка помогла ей собраться и выбрать нужное стихотворение.
