Сразу переходить не стал, только заглянул на мгновение, просунув туда голову. Убедившись, что в пределах видимости ничего опасного нет, перешёл на другую сторону.
Как уклонился от появившейся из-за портала огромной лапы, с когтями-мечами, сам не понимаю. Изогнулся и подпрыгнул не хуже кота перепуганного, но зато не попал на эти ножи-переростки. В следующее мгновение над порталом, а он в высоту был метров пять, появилась огромная раскрытая будто в улыбке пасть на мощной шее. Ну мне показалось, что только пасть на шее, головы как-то в тот момент не заметил.
На автомате выстрелил из обоих стволов в эту пасть и от бешенного вопля, раздавшегося из этой пасти, чуть не оглох.
Лапа, перекрывающая вход в портал, взметнулась вверх, и я решил воспользоваться этим шансом и с положения полулежа, сам не понимаю как, рыбкой нырнул в портал, заталкивая обратно только вышедшего кузнеца. Уже на своей стороне заметил, что часть штанины моего дорожного костюма разодрана чуть не по всей длине.
Поднимался с земли, как дряхлый старик.
Откуда-то появилась усталость и накрыл жуткий отходняк, реально колотить начало, будто алкаша с похмелья, перепугался, что тут скрывать. Ещё и кузнец, поднимаясь с земли, материться начал, я сбил его с ног, спасая, а он от неожиданности не очень удачно упал, вот и ругался по-взрослому.
В этот раз оповещения о победе пришлось ждать чуть не в три раза дольше, чем в прошлый. После сигнала системы пришлось, несмотря на одолевающую усталость, идти на ту сторону смотреть, кого я завалил в этот раз.
Со мной решил идти дед, кузнец и ещё десять мужиков, занимавшихся разделкой. Собственно, я был не против, всё равно самому добычу не вытащить.
Что сказать, огромный, метров тридцать в длину, ящер с приплюснутой головой на длинной шее, весь покрытый длинными острыми шипами вызывал шок и трепет, даже будучи мертвым. Я сам не верил, что смог завалить такую хрень, народ впечатлился, а кузнец и прощения не постеснялся попросить за свою ругань.
Нечего было и думать о том, чтобы тащить эту хрень в портал.
Первым в себя пришёл дед и начал распоряжаться, кому что делать. Молодец, нечего сказать, мухой сориентировался.
Час, наверное, понадобился, чтобы добраться до сердца твари и выковырять оттуда сразу четыре жемчужины, три знакомые фиолетовые и одну насыщенного зелёного цвета. Дед, доставший этот жемчуг, без сомнений хотел отдать его мне.
Честно скажу, очень хотелось самому сожрать эту притягивающую взгляд прелесть, но сдержался, не стал.
