Роковая ночь

Халаф поднялся, надел кафтан и плащ красного шелка, расшитые золотыми цветами туфли и чулки из голубого шелка — всю эту одежду подарил ему император — и встретил шестерых мандаринов в длинных малиновых одеяниях, которые явились к нему, чтобы проводить во дворец.

Вместе с ними Халаф направился ко двору Алтан-хана, миновал вооруженных стражников, стоявших по обе стороны от входа, и прошел в залы. В первом из них находились певцы и музыканты, исполнявшие удивительные напевы. Оттуда Халаф и сопровождавшие его мандарины двинулись в зал заседаний, где уже собрались все, кто должен был присутствовать при состязании.

По одну сторону сидели знатные мандарины, по другую — ученые и наставники императорской школы и старший распорядитель. Над теми и другими были натянуты навесы разных цветов. Посреди зала стояли два трона из чистого золота, предназначенные для китайского императора и его дочери. Знатные мужи и ученые почтительно приветствовали Халафа. Когда первые лучи солнца показались над горизонтом, к дверям, ведущим во внутренние покои дворца, подошли два евнуха и отдернули занавеси, скрывавшие вход, тогда на порог зала вступили Алтан-хан с дочерью. Турандохт была в платье, затканном золотой нитью, и на голове ее было златотканое покрывало; вместе с отцом она поднялась по пяти серебряным ступенькам, которые вели к тронам, и села. Две молодые красавицы встали у тронов: одна рядом с Турандохт, другая — рядом с Алтан-ханом; в руках они держали бумагу и перья. В знак почтения к Алтан-хану они прикрыли глаза, и Халаф заметил, что в ушах у каждой были крупные жемчужины. У царевны был самый величественный вид, и юноша смотрел на нее с восхищением.

Император разрешил мандаринам сесть на свои места. Тогда один из вельмож преклонил колена и громко прочел запись, сделанную несколько дней назад и содержавшую формальное предложение Халафа, просившего руки Турандохт. Затем он поднялся и предложил юноше почтить государя поклоном, что тот и сделал с удивительной грацией.

Алтан-хан улыбнулся. Затем с места поднялся старший распорядитель и во всеуслышание зачитал злосчастный указ, после чего обратился к юноше:

— Вы слышали, господин, каковы условия сватовства? Иных закон не предусматривает. Если вас смущает связанная с состязанием опасность и вы хотите отказаться от своего намерения, вы вправе сделать это сейчас.