Дальше мы с некоторыми затруднениями добрались до голкондского царства; там распорядились своим достоянием весьма удачно и получили хорошую прибыль. Мой спутник прекрасно разбирался в алмазах, и по его совету мы вложили приобретенные средства в драгоценные камни: он уверил меня, что алмазы окупят себя вчетверо, если продать их в Багдаде. Наконец мы отправились в обратный путь.
Отплыв в Басру, мы попали в шторм, и ураганный ветер отнес наше судно прямо к какому-то пустынному острову. Наш корабль попал на береговые скалы и разбился о них; все, кто плыл вместе с нами, погибли в волнах — мы же с моим товарищем успели прыгнуть в лодку.
И уже подгребали к мелководью и собирались высаживаться, как вдруг лодка треснула от удара: это огромное чудовище высунулось из воды и ударом хвоста разнесло наше суденышко в щепы, а в его пасти исчез мой спутник. Мне же удалось избежать ужасных челюстей, я выбрался на твердую землю и бросился в глубь острова."
"Блуждая по острову, я обнаружил источник, вода которого была белой, как молоко, и на вкус приятнее самого изысканного шербета.
Вокруг источника росли какие-то травы, я собрал их и попробовал употребить в пищу. Оказалось, что они вполне годились для еды и даже украсили бы любой стол! Миновав источник, я углубился в лес и, пройдя более одного фарсанга, вышел на цветущую поляну. Воздух там был благоуханным, а посередине возвышалось раскидистое дерево, в тени которого я увидел парчовый шатер. В самом шатре я разглядел нечто ужасное: подле старого человека, голова которого покоилась на подушке, расположился дракон.
В зубах он держал сосуд с каким-то зельем, которое время от времени подливал в ноздри спящему. Мне очень хотелось узнать, что все это значит, и я из-за деревьев стал наблюдать за поляной. Ждать мне пришлось недолго: вскоре дракон вылез из шатра и улетел Тогда я вернулся к шатру и вошел в него. Лежавшему там старику я дал бы на вид больше ста лет; он был как бы в глубоком забытьи, но еще дышал.
Я постоял, рассматривая его, и заметил, что одна рука его покоилась на крышке сундучка. Сундучок был из чистого золота. Я открыл его и увидел внутри две таблички, покрытые письменами. Вот что я смог прочесть:
«Асаф, сын Барахийи, главный везир царя Соломона, поставил здесь свой шатер, написал эти письмена и заключил их в золотой ящик. Он склонил голову на подушку так, как ты видишь, и скончался в этом самом шатре.
