Откинувшись на спинку, он несколько минут сверлил Джиллиан суровым взглядом.
— Начинай."
"— Это очень длинная история, лэрд, а Рамзи вот-вот появится. Так что если соблаговолите обождать немного… Йен стиснул зубы и упрямо покачал головой.
— Папа! Знаешь что?
Мальчик широко улыбнулся отцу, и тот протянул к нему руки.
— Что, малыш? — проворчал он.
— Мы дважды пытались удрать, но в первый раз нас притащили назад, и все из-за меня, потому что я не обождал, как было приказано…
Йен недоуменно заморгал, пытаясь разобраться в бессвязных объяснениях сынишки.
— И что же случилось, когда ты сбежал в первый раз?
— Стал спускаться по веревке в провал! — похвастался он. — Только веревка попалась плохая.
— Гнилая, — добавила Джиллиан.
— Мой сын висел над пропастью на гнилой веревке?! — взвился Йен. — А где была в это время ты?
— Папа, она велела мне подождать ее в конюшне, а я не послушался. Мы вовсе не должны были идти через овраг, но я подумал, что так скорее… а сам застрял и болтался там… верно, Джиллиан?
— Да, Алек.
— Значит, ты поступил по-своему, — пожурила мать.
— Да, и еще подумал, что Джиллиан вывернет, потому что она совсем позеленела, когда глянула вниз и увидела меня. Она потом говорила, что ей становится дурно, когда она наклоняется, а иногда голова кругом идет.
— Ты боишься… — начала Джудит, но муж перебил ее.
— И все-таки спустилась за Алеком?
— А что мне оставалось делать?
— Иначе Джиллиан не дотянулась бы до меня, папа, — пояснил Алек.
— Только-только успела, потому что веревка порвалась, едва она меня схватила. Джиллиан говорила, что жутко перепугалась, но ее даже не вырвало.
Очевидно, мальчик был немало расстроен этим обстоятельством, но родители даже не улыбнулись, впервые по-настоящему осознав, что, если бы не Джиллиан, им никогда бы не увидеть сына.
— Так и быть, постараюсь набраться терпения и дождаться Рамзи, — объявил Йен. — Но хотя бы назови имена ублюдков, которые украли моего сына! Я желаю знать, и немедленно!
— Я уже предупредил тебя: не стоит говорить с Джиллиан в подобном тоне.
Теперь же приказываю извиниться! Я не допущу, чтобы ее расстраивали!
Джудит обводила собравшихся взглядом, не в силах решить, кто больше потрясен выходкой Бродика. Йен отшатнулся, как от удара, Джиллиан недоверчиво хлопала глазами.
Первым пришел в себя Йен. Чуть подавшись вперед, он бешено прошипел:
— Ты смеешь мне приказывать? Бродик, в свою очередь, сжал кулаки.
