"
"Он медленно опускал ее на пол, пока ноги Джиллиан не коснулись земли, но при этом продолжал ласкать ее. Вздох девушки был исполнен жгучего желания. Не в силах расстаться с Бродиком, она положила голову ему на плечо и прикрыла глаза. Ее рука покоилась на том месте, где неровно колотилось его сердце.
— Я заставила твое сердце биться сильнее, верно?
— Верно, — признался он. — Ты настоящая искусительница, Джиллиан. Но не думай, что можешь довести меня до умоисступления, а потом покинуть.
— Но что же мне делать? Господи, как же она невинна!
— Объясню сегодня ночью, — пообещал Бродик и, неохотно отступив, напомнил, что ей пора идти на озеро.
Она уже открывала двери, когда Бродик окликнул: — Дилану показалось, будто вам надоедали воины Синклера.
— С нами не было никаких мужчин, — повторила она. — Но даже если и так, я сумела бы с ними справиться.
— Это не женское дело, — бросил он. — Скажи, кто они, и я сам все улажу.
— И как бы ты поступил?
— Если какой-нибудь мужчина коснется тебя, я прикончу его, — не задумываясь процедил он.
Судя по гневно горящим глазам и плотно сжатым губам, Бродик не шутил. И вмиг превратился в опасного хищника. Но Джиллиан ничуть не испугалась и не отступила.
— Но не можешь же ты убивать…
— Таков обычай Бьюкененов, — подчеркнул Бродик. — Ты принадлежишь мне, и я не позволю никому на свете пальцем тебя тронуть. А теперь довольно. Я хотел сказать тебе кое-что, и пожалуй, сейчас самое время.
Джиллиан терпеливо выждала несколько мгновений.
— Ну? — не выдержала она наконец.
— Мы здесь живем по другим законам.
— Мы?
— Бьюкенены, — уточнил он. — Когда чего-то хотим, просто берем.
— Мне это не кажется правильным.
— Не важно, что тебе кажется. Так оно есть.
— Отчего же, очень важно. Ты можешь нажить немало неприятностей с церковью, если станешь хватать то, что тебе не принадлежит.
— Плевать мне на церковь.
— Зря, — возразила Джиллиан.
— Не спорь со мной! — вскинулся Бродик.
— Не спорю. Просто объясняю.
И не стоит злиться. Бродик стиснул ее плечи и притянул к себе.
— Начнем сначала. Я хочу объясниться с тобой и прошу немного помолчать.
— Ты меня оскорбляешь?
— Вовсе нет, золотко, только прошу меня выслушать. Это было первым нежным словом, вырвавшимся у Броди-ка, и глаза Джиллиан затуманились.
— Хорошо, — прошептала она, — выслушаю. Что ты хотел объяснить?
— Ты клялась, что любишь меня. Призналась перед всеми. Ты не можешь взять свои слова обратно.
