Наконец она сумела разлепить глаза и на какое-то мгновение подумала, что все еще спит. Где она? И куда ее привезли? Невысокие, зеленеющие густой травой холмы окружали всадников. Узкий ручеек струился по склону, а в самой середине утопающей в полевых цветах лощины возвышался серый каменный дом под черепичной крышей. В воздухе разливалось чудесное благоухание. У речки, протекавшей с западной стороны, развесили ветви березы, к востоку виднелся широкий луг, покрытый толстым травяным ковром. Отара овец, блеявших, словно завзятые сплетницы, сгрудилась на дальнем конце поля, а невозмутимый охотничий пес зорко озирался, приглядывая за своими подопечными.
Из трубы в безоблачное небо струился дым. Легкий ветерок ласково коснулся щеки Джиллиан. Настоящий рай!
Из дремотного состояния девушку вывел громкий крик. Высокий худой мужчина, вышедший на крыльцо, приветливо улыбался, здороваясь с подъезжавшими воинами.
Только здесь, в этом уютном местечке, Джиллиан оказалась способна без содрогания вспомнить все, что произошло за последние несколько дней.
Дилан снова посадил Алека себе на плечи и уже входил в дом. Бродик спешился и протянул руки Джиллиан. Она скользнула в его объятия, и глаза их на секунду встретились. Она словно утонула во взгляде этого почти незнакомого человека. Человека, которому, однако, не побоялась доверить жизнь. Он словно видел ее насквозь, успел узнать все тайны…
Джиллиан отвернулась, приказав себе выбросить из головы глупые мысли. Мужчина как мужчина, ничего особенного, и к тому же небритый.
Лицо заросло золотистой щетиной. И ей пришлось подавить безумное желание провести пальцем по его щеке и проверить, колется ли она.
— Почему ты глазеешь на меня? — резко спросила она.
— По той же причине, что и ты, девушка, — усмехнулся Бродик. В глазах его заплясали дьявольские огоньки, но ей было не до того, чтобы флиртовать или обмениваться колкостями. К тому же она никогда не была кокеткой.
Джиллиан сняла его руки с талии и отступила.
— Зачем мы здесь остановились? И кто хозяин этого жилища? Алеку не следовало бы входить, пока я…
— В последний раз повторяю: с Диланом Алеку не о чем беспокоиться, — перебил Бродик.
— Он был бы смертельно оскорблен, узнав, что ты ему не доверяешь.
— Не доверяю, потому что совершенно не знаю его, — прошептала она так, чтобы остальные не услышали.
— Как и меня, — справедливо указал он. — Но со мной ты поехала и, следовательно, можешь положиться на мое слово. Воины Бьюкененов жизнь отдадут за Алека.
