Роковые письма

Несколько минут сидела, просто отдыхая, изо всех сил пытаясь ни о чем не думать. Однако получалось плохо. Маша знала собственную натуру: если ей что в голову, как частенько говаривала маменька, втемяшится, так она не успокоится до тех пор, пока не поставит на своем. А сейчас девушке предстоял самый сложный поединок — с собой и собственной памятью.

Поначалу у нее ничего не вышло. Буквы почему-то никак не желали писаться, а коли и получались перед ее закрытыми глазами, то после наотрез отказывались складываться в слова.

За стенкой что-то тихо скрипело, точно там раскачивались в старом и рассохшемся кресле-качалке. В раскрытые форточки доносились веселые трели синиц и скептическое карканье какой-то старой вороны. И даже ходики на стенке, обычно неслышимые совершенно, вдруг принялись увлеченно колотить с утроенной силой и шелестом.

— Да уймитесь вы все, неугомонные! — в сердцах прошипела Маша. И вдруг наступила тишина.

Первым делом она мысленно написала на воображаемом чистом листе «Нечто срочное».

— Смотри же, не вздумай никуда исчезать, — строго велела Маша собственному воображению. И поскорее добавила коротенькое «по службе».

— Вот так, — удовлетворенно пробормотала она, больше всего на свете боясь сейчас открыть глаза, чтобы никуда не исчезли плоды ее тяжелых умственных трудов.

Наконец Маше удалось прибавить к предыдущим словам длинный хвост: «в высшей степени неотложное». Теперь можно было немножко передохнуть.

И она постаралась отвлечься, совсем уже не веря в полезность папенькиного способа. Как вдруг, злополучные и загадочные, эти слова вдруг точно обрели крылья. Взвились в небо, в самый космос, безбрежную даль и… опустились прямо ей в руки воображаемым листом бумаги.

Таким знакомым листом!

— Господи… — прошептала Маша, чувствуя, как ее бросило в жар. — Святые угодники… Неужто я… поняла?

Бледная как смерть и одновременно пылая болезненным румянцем, она побежала со всех ног в свою письменную комнату, которую папенька безуспешно приучал всех домашних, включая прислугу, именовать исключительно «личный кабинет Марии Петровны».

Кляня себя за дурацкие и мелочные предосторожности, — а как же иначе юной девушке! — наша героиня обшарила все секретные местечки «кабинета» в поисках заветной связки.