Конечно, время не стоит на месте, — я обратил внимание на руку девушки, переворачивающей новую карту на столе. — Но, как сказал один поэт — пока ты чувствуешь себя молодым, ты молод. Я же предпочитаю думать, что мы пришли в этот мир для того, чтобы оставить его лучше, чем он достался нам.
— Достойно, конечно, — кивнул Габдешшакур Булатович. — А я в последние годы радуюсь, господа, что не живу в Османской империи. Тут с одной-то женой не всегда совладаешь, а как подумаю, что у соседей с гаремами в таком возрасте еще возиться надо, так сразу сердце радостью наполняется, что мое княжество в Русском царстве.
Господа негромко посмеялись над этой шуткой.
Тем временем на столе открылась последняя карта, и князья прервали общение, разглядывая свои карты. Я молча сложил свои рубашками вверх и отодвинул их по сукну в сторону.
— Не повезло.
И это действительно было так — всего одна пара. Отбирать развлечение у князей я не собирался, так что пусть развлекаются, ломая головы и разжигая нервы над финальным этапом.
Ради этого момента игра и была затеяна.
— Ну, вот и все, господа, благодарю за игру, — произнес князь Андреев, поглядывая на соперников поверх своих карт, — но теперь вам пришла пора сдаться.
— Русские князья не сдаются! — решительно заявил Габдешшакур Булатович. — Я подозреваю, господа, наш добрый друг опять блефует.
Он шутливо погрозил Федору Александровичу пальцем.
— Я тебе никогда не забуду прошлый раз в Москве, — произнес Уфимский князь. — Признаю, ты тогда здорово меня обдурил, но больше я на эту удочку не клюну.
Но через три минуты мы все узнали, что князь Андреев не блефовал. С довольным взглядом он получил из рук девушки выигранные фишки и тут же отделил от них одну стопку — как раз на десять тысяч рублей.
— Держи, красавица, — он вручил ей часть выигрыша, после чего обернулся к другим игрокам. — А теперь, господа, мне, к сожалению, пора вас покинуть. Княжич Романов, не составите мне компанию?
— Разумеется, Федор Александрович. Господа.
Мы прошли всего метров пять, как за столом появились другие желающие сыграть.
Андреев отвел меня в сторону и, когда мы оказались на достаточном удалении от окружающих, князь заговорил:
— В последнее время я все чаще слышу о ваших подвигах, Дмитрий Алексеевич, — сказал он. — И признаюсь честно, это начинает меня беспокоить.
— Почему же? — спросил я.
— Моя дочь собирается замуж за Сергея Алексеевича, — проговорил князь Якутский. — Но слава Романовых — штука переменчивая.
