Мы встретились на середине разделявшего нас расстояния, и я поставил купол от прослушивания.
— Доброе утро, Дмитрий Алексеевич, — первым заговорил великий княжич, протягивая мне руку.
Я кивнул, чуть тряхнув его ладонь.
— Здравствуйте, Иван Михайлович. О чем вы хотели со мной поговорить?
Соколов не стал мяться и играть. Сегодня он явно был настроен куда решительнее, чем прежде.
— Я хочу защитить свою семью, — сказал он. — Даже если остальные родственники со мной несогласны. Анна не собирается отступать от своих притязаний на вас, Дмитрий Алексеевич, и намерена повлиять на боярышню Морозову, чтобы та отказалась от вас.
Все это он выпалил на одном дыхании. Было заметно, что великому княжичу тяжело далось это предательство. Ведь, по сути, именно так и расценивается его поступок. Он пошел вопреки приказам отца — ведь глава рода отвечает за все решения своих детей. Именно по этой причине Невских собирались выбросить из Москвы — Василий слишком много проблем создал. И теперь Иван Михайлович мог оказаться вычеркнут из рода за то, что решился раскрыть мне карты.
— Мне это известно, — кивнул я, с улыбкой глядя на собеседника. — Но я рад, что вы, Иван Михайлович, решили встать на сторону разума, а не пошли на поводу у гордости. Помнится, в начале нашего общения вы упирали на то, насколько Соколовы отличаются от Измайловых. Но в конечном счете все опять свелось к великой княжне, которая не знала слова «нет».
Он посмотрел на меня с укоризной в глазах.
— Вы спасли свой род, Иван Михайлович, — сказал я.
— На самом деле я давно наблюдаю за великими князьями и кое-что интересное в ваших разговорах уже услышал. К счастью, мне не к чему придраться в вашем отношении к Романовым или Демидовым. Что же касается Анны Михайловны, боюсь, ей придется познать разочарование.
Иван Михайлович склонил голову.
— Благодарю, Дмитрий Алексеевич, я этого не забуду.
— Как и я, — кивнул я в ответ. — А теперь пройдемте в корпуса? До конкурса еще есть немного времени, вам наверняка нужно посетить занятия.
Он отошел на шаг назад, и я снял купол.
Великий княжич пошел первым, я же чуть задержался, глядя ему вслед.
Когда мне пришло сообщение от Ивана Михайловича, я воспользовался записями «Оракула», так что долго гадать о причинах разговора не требовалось. Тут любой идиот сложил бы два и два. Так что оставалось только посмотреть, как конкретно себя проявит великий княжич. И он поступил благоразумно.
При этом я точно знал, что Соколовы при любом раскладе не полезут в конфликт.
