— Но я достаточно знаю сестру, и понимаю, что опростоволоситься с твоим «Оракулом» она не могла. Не после того, что ты под присмотром царя творил с помощью своей системы.
— То есть она не похищала Анну Михайловну, но позволила кому-то это сделать, — подвел я итог. — Но зачем тогда меня звать, чтобы я нашел пропавшую?
— Потому что ей нужен рычаг давления на Соколова. Кому бы он был обязан, если бы Юлия вернула ему дочку до того, как о похищении стало бы известно?
— Михаил Викторович не должен был знать, что я участвовал, — кивнул я.
— Но и найти Анну Михайловну самой у царицы не получается.
Отец кивнул, одновременно протягивая руку за новой сигаретой. Но на этот раз поджигать ее он не спешил.
— Теперь, когда ты понимаешь, как все обстоит на самом деле, скажи, хочешь ли ты вмешиваться в это дело? — спросил князь Романов.
Я не ответил сразу.
— Думаю, что если царица знала, что на великую княжну Выборгскую нападут в то время, когда она будет под защитой царских бойцов, она знает и кто причастен, — произнес я.
— И судя по тому, как государыня относится к собственному сыну, Юлия Александровна может как спасти девушку, чтобы Соколов был ей должен, так и выждать момент, пока ее не убьют, чтобы потом отомстить за нее и убрать всех свидетелей. Рука у нее не дрогнет.
— Я склоняюсь ко второму варианту, — произнес отец. — Если бы ты согласился спасти великую княжну, царице не пришлось бы ловить причастных к ее похищению.
— Думаешь, что заказчик похищения — на территории Русского царства? — уточнил я.
Отец усмехнулся, все же закуривая вновь.
— Конечно, Дмитрий, — сказал он, глядя на меня. — Действовали изнутри. Исполнители могут быть откуда угодно, любой отряд наемников бы сгодился. Но заметь, насколько все профессионально сделано. А такие специалисты стоят очень дорого. И нанять их мог только богатый человек, у которого есть связи с ЦСБ. После устроенных с твоей помощью чисток, разумеется, агентуры других стран в ЦСБ пока что нет. Так что я предполагаю, что в деле замешаны сами Рюриковичи.
Я потер переносицу, обдумывая слова отца.
— Мне не нравится, что нас могут втянуть в это дело, — признался я.
Отец покачал головой.
— Михаил II уже сделал из Романовых не просто врагов клана Рюриковичей. Государь превратил нас в убийц, которые зачищают родню Милославских, — произнес Алексей Александрович. — И если воевать с мятежниками или предателями Русского царства — это почетно и ни у кого язык не повернется назвать нас врагами, то в этом случае все обстоит иначе.
