Романтическая ночь перед убийством

– А может, это с белья поварихи?

Я посмотрела на Артема, как на человека, сказавшего абсолютную чушь.

– А ты знаешь, что такое белье продают только в дорогих салонах? И стоит оно… очень прилично стоит! Не думаю, что домработница стала бы его покупать, это как раз половина ее зарплаты, если не больше. К тому же, такое белье имеет, как правило, особый фасон, при котором максимально открыты некоторые части тела… ну, ты понимаешь? Зачем немолодой одинокой женщине такое мини-бикини? Тем более с ее-то комплекцией…

– Значит, все-таки это девушка Антона… и она заходила в его комнату и пользовалась ванной, – задумчиво пробубнил Артем.

– Думаю, да. И если она в нижнем белье была в его ванной комнате, значит, их отношения назвать платоническими вряд ли кому-либо удастся…

– Татьяна, – вдруг спохватился он, – а ведь ты изъяла это вещественное доказательство без соответствующих процессуально-правовых процедур?!

Вот что значит мент! Я порадовалась своей находке, которая рассказала нам о многом, а он попенял мне, что я «изъяла ее без соответствующих процедур».

Нет, когда я работала в прокуратуре, я тоже следила за тем, чтобы вещественные доказательства изымались, по возможности, в присутствии понятых. Но что же мне сейчас – всех жителей этого дома созвать на осмотр атласного цветочка с чьих-то трусиков?

– Ну и что? Я ж для себя изъяла, не для вас. А ты, товарищ лейтенант, ищи себе другие доказательства, если хочешь!

Артем обиженно засопел и начал копаться в своих записях.

– Кстати, нас звали обедать, – буркнул он.

О! Приятная новость. Интересно, что на этот раз в меню у Тамары?

– Артем, а мы еще не поговорили с Кристиной. Это дочь Василевского от первого брака. Она живет с отцом. В прошлый раз нам поговорить не удалось: девочка была расстроена ссорой со своим парнем. По-моему, они даже расстались. Надеюсь, она уже успокоилась.

– Я насчет нее осведомился, мне сказали, что она в своей комнате и еще не выходила сегодня.

– Черт возьми! Совсем как английские лорды! Наверное, хорошо так жить: до обеда не выходить из комнаты и вообще, выходить, когда вздумается, к накрытому столу, например.

Однако после обеда эту мадмуазель нам придется-таки потревожить.

– Да, ждать нельзя, надо раскрывать преступление по горячим следам.

Мы с Артемом по очереди сходили в туалет для обслуги, помыли там руки и поднялись на второй этаж, в кухню. Все как раз усаживались за стол. Василевский уже восседал на высоком деревянном кресле с подлокотниками, резном и похожем на трон.